Закон суров, но он закон...

Юристы политики


Политика конфиденциальности - Юридическая консультация онлайн

Политика конфиденциальности

Настоящая Политика конфиденциальности персональной информации (далее — Политика) действует в отношении всей информации, которую проект Правовед.RU и/или его аффилированные лица, могут получить о пользователе во время использования им сайта Правовед.RU.

Использование проекта Правовед.RU означает безоговорочное согласие пользователя с настоящей Политикой и указанными в ней условиями обработки его персональной информации; в случае несогласия с этими условиями пользователь должен воздержаться от использования проекта.

1. Персональная информация пользователей, которую получает и обрабатывает Правовед.RU

1.1. В рамках настоящей Политики под «персональной информацией пользователя» понимаются:

1.1.1. Персональная информация, которую пользователь предоставляет о себе самостоятельно при регистрации (создании учётной записи) или в процессе использования сайта.

1.1.2 Данные, которые автоматически передаются сайтом проекта Правовед.RU в процессе его использования с помощью установленного на устройстве пользователя программного обеспечения, в том числе IP-адрес, информация из cookie, информация о браузере пользователя (или иной программе, с помощью которой осуществляется доступ к сайту), время доступа, адрес запрашиваемой страницы.

1.2. Настоящая Политика применима только к сайту проекта Правовед.RU. Правовед.RU не контролирует и не несет ответственность за сайты третьих лиц, на которые пользователь может перейти по ссылкам, доступным на сайте pravoved.ru, в том числе в текстах консультаций. На таких сайтах у пользователя может собираться или запрашиваться иная персональная информация, а также могут совершаться иные действия.

1.3. Правовед.RU в общем случае не проверяет достоверность персональной информации, предоставляемой пользователями, и не осуществляет контроль за их дееспособностью. Однако Правовед.RU исходит из того, что пользователь предоставляет достоверную и достаточную персональную информацию по вопросам, предлагаемым в форме регистрации, и поддерживает эту информацию в актуальном состоянии.

2. Цели сбора и обработки персональной информации пользователей

2.1. Правовед.RU собирает и хранит только те персональные данные, которые необходимы для оказания услуг (исполнения соглашений между специалистом и клиентом).

2.2. Персональную информацию пользователя Правовед.RU может использовать в следующих целях:

2.2.1. Идентификация стороны в рамках соглашений и договоров с сайтом проекта Правовед.RU;

2.2.2. Предоставление пользователю персонализированных услуг и сервисов;

2.2.3. Связь с пользователем, в том числе направление уведомлений, запросов и информации, касающихся использования сайта, оказания услуг, а также обработка запросов и заявок от пользователя;

2.2.4. Улучшение качества проекта Правовед.RU, удобства его использования, разработка новых сервисов и услуг;

2.2.5. Таргетирование рекламных материалов;

2.2.6. Проведение статистических и иных исследований на основе обезличенных данных.

3. Условия обработки персональной информации пользователя и её передачи третьим лицам

3.1. Правовед.RU хранит персональную информацию пользователей в соответствии с внутренними регламентами конкретных сервисов.

3.2. В отношении персональной информации пользователя сохраняется ее конфиденциальность, кроме случаев добровольного предоставления пользователем информации о себе для общего доступа неограниченному кругу лиц.

3.3. Правовед.RU вправе передать персональную информацию пользователя третьим лицам в следующих случаях:

3.3.1. Пользователь выразил свое согласие на такие действия;

3.3.2. Передача необходима в рамках использования пользователем определенного Сервиса либо для оказания услуги пользователю;

3.3.3. Передача предусмотрена российским или иным применимым законодательством в рамках установленной законодательством процедуры;

3.3.4. Такая передача происходит в рамках продажи или иной передачи бизнеса (полностью или в части), при этом к приобретателю переходят все обязательства по соблюдению условий настоящей Политики применительно к полученной им персональной информации;

3.3.5. В целях обеспечения возможности защиты прав и законных интересов Правовед.RU или третьих лиц в случаях, когда пользователь нарушает Пользовательское соглашение сервисов Правовед.RU

3.4. При обработке персональных данных пользователей Правовед.RU руководствуется Федеральным законом РФ «О персональных данных».

4. Изменение пользователем персональной информации

Пользователь может в любой момент изменить (обновить, дополнить) предоставленную им персональную информацию или её часть, а также параметры её конфиденциальности, воспользовавшись функцией редактирования персональных данных в личном кабинете.

5. Меры, применяемые для защиты персональной информации пользователей

Правовед.RU принимает необходимые и достаточные организационные и технические меры для защиты персональной информации пользователя от неправомерного или случайного доступа, уничтожения, изменения, блокирования, копирования, распространения, а также от иных неправомерных действий с ней третьих лиц.

6. Изменение Политики конфиденциальности. Применимое законодательство

6.1. Правовед.RU имеет право вносить изменения в настоящую Политику конфиденциальности. При внесении изменений в актуальной редакции указывается дата последнего обновления. Новая редакция Политики вступает в силу с момента ее размещения, если иное не предусмотрено новой редакцией Политики. Действующая редакция всегда находится на странице по адресу http://pravoved.ru/policies/confidential/

6.2. К настоящей Политике и отношениям между пользователем и Правовед.RU, возникающим в связи с применением Политики конфиденциальности, подлежит применению право Российской Федерации.

7. Обратная связь. Вопросы и предложения

Все предложения или вопросы по поводу настоящей Политики следует сообщать в Службу поддержки пользователей Правовед.RU —  http://pravoved.ru/contacts/

pravoved.ru

Тема 6. Профессиональное поведение юристов в сфере политики и экономики

Демократия как основа конституционного строя. Взаимосвязь политики, права, демократии. Моральные аспекты взаимоотношений власти и населения. Власть и право. Проблемы доверия населения к власти.

Политическая культура. Политическая символика как элемент политической культуры. Взаимосвязь и взаимодействие правовой и политической культуры. Политический менталитет. Политика и права человека.

Образ юриста как представителя власти в сознании людей. Властененавистничество. Формирование морального авторитета власти в общественном мнении. Проблемы отражения в средствах массовой информации личности юриста. Роль средств массовой информации в повышении авторитета власти. Этика взаимоотношений средств массовой информации и власти, средств массовой информации и населения.

Политическая деятельность и юридические профессии.

Этика избирательных кампаний. Электорально-правовая культура российского общества. Контроль за поведением юристов.

Нравственная и юридическая ответственность юристов.

Экономика и мораль, проблемы взаимосвязи. Государственное регулирование социально ориентированной экономики. Проблемы государственной политики в области предпринимательства. Современная экономическая ситуация и проблемы профессиональной этики юристов. Психология развития теневой экономики и коррупции. Антикоррупционная мораль и право.

Социальное обеспечение юристов. Привилегии и льготы.

Тема 7. Этика делового общения юристов

Социальная среда и механизм её воздействия на профессиональную деятельность юристов.

Межличностные коммуникации юристов. Нравственные отношения в служебном коллективе. Служебная этика и её роль в профессиональной деятельности юриста. Служебная этика исполнителя. Исполнительская дисциплина: этические и правовые аспекты.

Конфликты: понятие, причины возникновения, пути преодоления. Типология конфликтов. Предупреждение конфликтов. Понятие конфликтной личности. Типы трудных людей и модели поведения в общении с ними. Деловое общение в экстремальных ситуациях.

Этикет юриста: понятие и функции. Этикетные правила делового общения. Нравственные принципы делового общения. Соотношение общего и служебного этикета.

Этика деловых мероприятий: бесед, встреч, переговоров, совещаний, заседаний. Деловые визиты. Культура приёма граждан. Общение с представителями средств массовой информации. Этико-культурные требования к осуществлению международных контактов. Деловой этикет и протокол.

Речевой этикет юриста. Умение слушать и вести дискуссию. Разговор по телефону.

Культура работы с документами.

Культура организации рабочего места служащего. Этика в культуре внешности. Деловые подарки и сувениры.

Особенная часть

Раздел I Профессиональная этика судей

Тема 8. Социальные аспекты правосудия и профессиональной этики судей. Генезис судебной этики

Судебная власть как самостоятельная ветвь государственной власти. Особое положение суда как органа публичной власти.

Согласованность бюрократического начала в судебной системе и автономность осуществления функции защиты прав и интересов. Юридическое и этическое в отправлении правосудия. Этические проблемы судейского усмотрения. Судебные ошибки. Право на судебную защиту. Доступность и открытость суда.

Воздействие и влияние средств массовой информации на правосудие. Федеральное законодательство, регламентирующее порядок освещения деятельности суда в средствах массовой информации. Защита профессиональной чести, достоинства и деловой репутации судей. Защита авторитета судебной власти.

Античное правосудие. Становление европейской судебной системы. Справедливость судей в условиях сословного общества.

Каноны судебной этики в условиях состязательности процесса в XV – XVII вв. Презумпция невиновности. Этические аспекты суда присяжных.

Нравственные характеристики судьи в трудах Ш.Л. Монтескьё, Дж. Локка, В.Ф. Гегеля.

Становление и развитие судебной этики в США. Концепция судебной власти А. Гамильтона. Кодексы поведения судей в федеральных судах США и в отдельных штатах. Американская ассоциация юристов. Кодексы чести судей других государств.

Правосудие в России. Этические аспекты русского судопроизводства в домосковский период. Этика состязания: жребий, рота, ордалии, поле. Этические принципы судебного процесса в Московском государстве.

Особенности судебной этики в период империи. Нравственные начала судебного процесса в трудах русских юристов.

Советское судопроизводство. «Карательное правосудие». «Телефонное право». Этические аспекты утраты авторитета социалистической судебной системы.

Судебная реформа в России начала 90-х годов. Развитие демократических начал российского судопроизводства. Становление конституционной юстиции. Мировые судьи. Суд присяжных. Перспективы административной и ювенальной юстиции.

studfiles.net

Политические консультанты как субъекты политики[2] | Что такое политический консалтинг? [1]  |  Читать онлайн, без регистрации

Политические консультанты как субъекты политики[2]

Сейчас много проходит публикаций о политических консультантах, много семинаров, выступлений о профессии. Их было уже достаточно для того, чтобы сложилась целая традиция, задающая правила и нормы размышлений и разговоров на эту тему. Во-первых, львиная доля всех выступлений и публикаций посвящена определению понятий. Что такое политический консалтинг? То же это самое, что имиджмейкинг или имиджбилдинг, является ли он специфическим политическим приложением паблик рилейшнз, паблисити, рекламы? Горы бумаг были написаны для доказательства, что политический консалтинг – необходимый институт демократического общества, а также «друг и помощник» каждого политика. Во-вторых, одной из самых любимых тем для всех, подвизающихся в этой области, стало морализаторство по поводу отношений консультантов между собой, обсуждение всяких «кодексов чести», морализаторство по поводу отношений между консультантом и кандидатом, между консультантом и народом, между консультантом и СМИ. Здесь постоянно обсуждаются вопросы этичности или неэтичности компромата, проблемы: «позволительно ли обманывать народ?», «позволительно ли платить журналистам?». В этой книге обсуждаются эти же темы, т. е. в каком-то смысле традиция определяет ее. Но разговор на эти темы идет против этих тем. По первой группе какой? вопросов можно сказать: неважно, каким, импортным или нашим, словом назвать осуждаемую здесь деятельность. Никакие определения не помогут, если человек не понимает предмет. Политический консалтинг – не специфическая политическая отрасль паблик рилейшнз или рекламы. Это особая деятельность, принадлежащей политике, а не рынку, причем политике в самом широком и в то же время сущностном ее понимании. А политический консалтинг – не институт демократического общества, он столь же древняя вещь, как и сама политика. «Демократическое общество» – в определенном смысле изобретение политических консультантов, или, по крайней мере, нечто, ставшее при их посредничестве. Что касается второй группы вопросов – проблем морализаторства вокруг разного рода отношений, их происхождение сугубо внешне политическому консалтингу. Вопрос о моральности тех или иных вещей задают люди (как правило, интеллигентствующая публика), которые смотрят на все со стороны, и соответственно, не знают сути дела. Их разглагольствования потом подхватываются и массовым сознанием и самими консультантами. Последними по причине, что им больше не о чем говорить, так как говорить друг с другом о работе они боятся. Моральное сознание – понятие весьма скользкое и обоюдоострое. Оно держится на субъективности и самодостоверности, но это те вещи, которые каждый носит с собой и может удостоверять любое содержание. Моралисты могут утверждать, что в политическом контексте зло – тирания, добро – республика. Но субъективность каждый раз сама решает, что для не стирания, а что – республика. Например, немалое число моралистов считают современные западные страны несвободными, но есть и те, кто видит в бывшем СССР оплот демократии. А развитое моральное сознание часто вообще критически относится к любому обществу, отодвигая идеал в будущее. Моралисты являются вечными диссидентами и их критичность зависит от того, насколько общество готово их слушать. Повторяя лишь слова предшественников, они мнят себя провозгласителями моральных идеалов, которым все должны соответствовать. Но все идеалы имеют какой-нибудь существенный недостаток. Если бы они его не имели, тут же стали бы действительностью. Мы должны вести речь из самого предмета, из сути вещи. Мы должны разговаривать о политике из самой политики. Мы должны показывать, как, почему и зачем она делается. Мы должны показывать все ее возможности, подлинные и мнимые. Возможно, показывая и реализуя мнимые, мы оставляем напоследок, приберегаем для особого случая подлинные, которые на фоне не подлинных выступят с ярчайшей очевидностью так, что ни у кого не вызовут сомнений.

Начнем с того, что политический консультант – это не теоретик «политической рекламы», не «политолог». То есть не «теоретик политики». Он вообще не теоретик, он практик. Точно такая же фигура политической жизни как депутат, губернатор, мэр, министр, чиновник, журналист и т. д. В этом смысле политические консультанты столь же древние, как и политика. Это не новомодное изобретение, как многие из вас говорили полчаса назад.

Что означает импортное слово «консультант»? Наше знакомое по учебникам истории понятие – советник. К сожалению, мы не можем сейчас использовать это слово, так как неминуемо возникнет путаница. Вот, многие из вас закачали головой, когда я сказал слово «советник». Дескать, не только из истории знаем, такая «должность» есть и сейчас. Мы слышали о советниках президента, советниках губернатора. Политический консультант – это вроде бы нечто другое. В чем же его «другость»?

Для разъяснения давайте воспользуемся аналогией из мира юриспруденции. Существуют «корпоративные» юристы и юристы «свободные». Свободные либо работают в одиночку, либо объединяются в юридические фирмы. «Корпоративные» служат при различных фирмах и учреждениях. Политические консультанты – аналог «свободных юристов». Они могут работать самостоятельно, а могут фирмой. Но отношения между ними и политиком всегда строятся по типу «клиент – исполнитель», а не по типу «начальник – подчиненный». Это существенный фактор. Он гораздо важнее, чем то, в какой именно структуре работает человек на постоянной основе – в коммерческой или властной. Так, советниками мы называем только тех, кто включен во властные структуры. Ну, а если политический консультант из свободного плавания перешел на постоянную работу в коммерческую структуру, глава которой имеет постоянную потребность в политических консультациях? Можно ли такого человека назвать политическим консультантом? Да, если отношения продолжают строится по типу «клиент – исполнитель», ведь и в юридической практике есть такие долговременные отношения. Есть выражения: «мой адвокат», «мой юрист» и т. д., подразумевающие не подчиненность, а долгое сотрудничество и доверие. Нет – если отношения стали строиться по принципу «начальник – подчиненный». Поступая на должность, человек будет называться по этой должности: пресс-секретарь, помощник по связям с общественностью, советник по вопросам и т. д. У человека на должности появляются некие «служебные обязанности». В этом и кроется основное отличие!

Политический консультант имеет по отношению к клиенту не «обязанности», а «обязательства». Например, обязательство не разглашать секретную информацию, обязательство давать качественные советы и т. п.

Фокус в том, что не консультант является «подчиненным» клиента, а скорее, клиент – «подчиненным» консультанта, на добровольной основе, естественно. Эти отношения держатся на доверии и авторитете. Клиент слушается консультанта, потому что доверяет ему, потому что в этих вопросах он для него авторитет.

Это идеальная модель. На практике клиенты путают различные типы отношений. Они не могут перестроится, выйти из роли «начальника». У юристов проще. Бизнесмен обращается к адвокату именно потому, что сам ничего не понимает в законах. А политик, особенно высокого уровня, считает, что он прекрасно разбирается в политике. И консультант часто нужен ему только для подтверждения своего мнения, для контроля или просто на всякий случай. Консультанта слушают, но не слушаются. Так случается сплошь и рядом. И непонятно, зачем они вообще обращаются, зачем платят деньги, если все равно пропускают советы мимо ушей, сами принимают решения?

И тут важна позиция самого консультанта. Имеет ли он волю вывести отношения на уровень «клиент – исполнитель» со всеми вытекающими последствиями, или же будет потворствовать клиенту в его желании остаться «главным»?

Есть два типа консультантов. Одни требуют проведения в жизнь своих советов, другие – нет. Одни готовы взять на себя ответственность за последствия исполнения совета, другие – нет. Первые говорят: «Если я взялся за дело, я отвечаю, я рискую репутацией, если оно не выгорит». Вторые говорят: «Я бы поступил так-то и так-то, но решение принимать вам. Если вы меня не послушаетесь и дело провалится, то виноваты будете вы, если послушаетесь и оно все равно провалится, то виноваты опять вы, поскольку решение принимали вы, я вас не заставлял».

Различие этих типов консультантов ярче всего проявляется в избирательных кампаниях, так как это наиболее частая работа для консультантов. Итак, одни консультанты отвечают только за качество советов и продукт их деятельности – отчеты. Другие отвечают и за советы и за их исполнение, и продукт их деятельности – победная кампания.

Естественно, что во втором случае с самого начала консультант требует себе абсолютных полномочий. Не все рискуют поступать подобным образом. Равно как не все клиенты готовы вручить свою судьбу другому человеку. Каждый раз, в каждом конкретном случае мера ответственности устанавливается новая. Новый клиент – новые отношения, другая ответственность, другие полномочия – так происходит на практике. Но в идеале «высокому званию» консультанта соответствует только тот, кто выводит отношения к модели «клиент – исполнитель». Исполнитель полностью несет ответственность за порученное дело и имеет полные полномочия. Если клиент задействован в деле (как, например, в избирательной кампании), то он должен на время и только в этом отношении, в этом деле, стать подчиненным.

Избирательная кампания – далеко не все, чем занимается консультант. Область политики широка. Например, может быть задание пролоббировать какую-нибудь идею или какого-то человека, может быть задание устроить скандал, или, например, сделать так, чтобы кто-то ушел с должности. Или организовать кампанию дезинформации определенных людей. Есть и более «простые» занятия – собрать информацию, проанализировать последствия какого-либо события, сделать прогноз возможных вариантов развития ситуации. Всего не перечислишь. Чем только не приходится заниматься! Вот, например, только что наша фирма закончила скупку акций одного предприятия в Свердловской области. Акции были распылены среди мелких акционеров, нам надо было сбить крупный пакет. Это вроде бы не политика. Хотя… дело касается работы с массовым сознанием (с коллективом предприятия) и с кулуарной политикой (интриги в совете директоров). А до этого заказа мы занимались маркетинговыми исследованиями для планирующегося выхода в свет нового средства массовой информации.

Короче говоря, политический консультант – это достаточно определенное понятие, но с очень широкой сферой применения. Сфера применения таких понятий как «специалист по связям с общественностью (паблик рилейшн)», пресс-секретарь, советник, имиджмейкер гораздо уже.

Пресс-секретарь, советник по каким-либо вопросам это, в первую очередь, должности. Должности со своими обязанностями. Это может быть взаимодействие с прессой, с политическими и неполитическими корпорациями, написание докладов и выступлений, подготовка мероприятий и т. д. Имиджмейкер, специалист по PR – более неопределенные понятия. По смыслу эти слова вообще не связаны с политикой. Имидж может быть и у товара и у человека, а связи с общественностью могут быть необходимы человеку, фирме.

Но политика не исчерпывается публичной политикой, имиджем, рекламой, связями с общественностью. Даже избирательная кампания не исчерпывается рекламой, работой над имиджем и проч. Огромное количество исследований, которые необходимо сделать перед кампанией и в ее процессе – работа явно не для имиджмейкера, а для социолога. Аналитика, которая есть специальность политолога. Я уж не говорю о таких непременных квалификациях как психолог и даже… иллюзионист (да, да, мышление иллюзиониста, фокусника чрезвычайно схоже с мышлением консультанта).

Выходит, консультант действительно не вспомогательная функция, а субъект политического процесса, субъект политики. Но политика здесь понимается не как публичная политика. Публичная политика – это надводная часть айсберга. И имиджмейкер, и специалист по PR могут быть рассмотрены как компоненты подводной части, которые работают с частью надводной. Консультант же в значительной степени сосредоточен на «подводном мире».

Под «подводным миром» понимается не столько «кулуарная политика», сколько скрытая сущность власти как таковой. Сущностью власти является тайна. Дело не в том, что сущность находится в тайне. Нет. Сама тайна является сущностью власти. То, что властвует, – властвует только опираясь на тайну. Если вы всерьез уверены, что Ельцин стал президентом потому, что мы его выбрали, то вы не поймете меня. Ельцин знает и умеет нечто, что сделало его президентом, чего не знаем и не умеем все мы. Мы можем это анализировать и даже вычислять какие-то «технологии власти», на манер Макиавелли. Мне, однако, ближе позиция китайского мудреца Лао Цзы: «Дао, которое может быть названо, не есть настоящее дао». Над переводом этого слова – «дао» давно бьются ученые. Буквально оно значит «путь». Но можно переводить и как «метод», даже как «техника», «способ». Так вот, «техника власти, которая может быть названа, не есть настоящая техника».

Кое-кому из вас приходилось смеяться над «советами Карнеги». Но самое смешное в них не то, что многие не хотят или не могут им постоянно следовать, не отказываясь от себя, что делает советы «бесполезными». Самое смешное в том, что они действуют и, пожалуй, могут быть полезными… но только действуют не на тех, на кого надо. Это либо те, кто сам владеет всеми модными и даже более совершенными техниками и видит вас насквозь, либо люди, обладающие чем-то, что выше всякой техники. То есть люди, владеющие тайной, которую можно называть греческим словом «харизма» – (дар), если бы оно не было дискредитированным.

Это слово несколько психологизировали и психофизиологизировали. Харизматика представляют то как «дубиноголового хозяина», то как «гения коммуникации», то как «психа». В числе таких называют и Сталина, и Гитлера, и Ленина, и Троцкого, и Мао, и Ельцина, и Лебедя, и Наполеона. Но явно, что психофизиологически это разные люди. Единственное, что можно назвать общим у них у всех – особое отношение к языку (умение говорить и молчать).

Странным образом «харизма» и особое отношение к языку связаны с сельским или провинциальным происхождением. Кроме того, опыт показывает, что в сельских районах очень трудно делать выборы – людей там невозможно «обмануть». И не оттого, что они хитрее, а потому, что не замечают коварно расставленных ловушек. Такая сосредоточенность на своей судьбе, что они игнорируют все, что к ней не относится! Более простые вещи там действуют гораздо лучше, и то потому, что по большому счету им наплевать на то, кого «выберут». Они всегда выбирают «себя», кого бы ни выбирали. Они признают одну власть – «власть земли», по выражению Г. Успенского. Служение этой власти и дает тот дар, который оказывается определяющим в политике. Дар всегда выбирать себя.

Называя консультанта субъектом политического процесса, субъектом политики, я имею в виду, что его работа имеет отношение и к харизме, и к тайне. Восприятие политического консультанта как «технолога» слишком плоско и по существу ошибочно. Поверьте технологу. Консультанту, который не достиг понимания границ технологизма, еще есть куда расти.

Поэтому я скептически отношусь ко всякого рода «имиджмейкерству», которое есть не что иное как попытка симулировать «тайну власти», попытка технологически решить проблему харизмы. Невозможно симулировать то, симптомов чего не знаешь. Нельзя постичь симптомы того, что не имеет симптомов, что выше техники. Имиджмейкер каждый раз занимается гаданием и делает образ (имидж) по образцу, удачному образцу, который уже сработал. Все это нужно и можно делать, осознавая рамки. И эти рамки не в том, что субъект сопротивляется навязанному ему «чужому имиджу», а в том, что сам имиджмейкер не знает, что именно он навязывает. То, что он навязывает, на самом деле – несущественно, это всего лишь имидж. Великие харизматики свою естественность делают образцом, то есть тем, что потом будут симулировать и делать искусственно всякие, лишенные харизмы, субъекты. Они будут перенимать жесты, взгляды, манеру говорить… Но это все не то.

Таким образом, различие политического консультанта и имиджмейкера не только в узости специализации, но и в отношении к сущности политики. Консультант – это тоже дар, тоже судьба, тоже харизма, но своя, «консультантская».

«Вассал моего вассала – не мой вассал», – говорили в средневековье. Если великие политики знают тайну власти и умеют властвовать над народом, над своими подчиненными, то консультанты, советники знают тайну власти над политиками. Секретари, в высшем смысле этого слова (слова секрет), правят миром посредством царей. В Ветхом Завете в книге Иова (гл. 3 стр. 14) «цари и советники земли» названы как равные.

Харизма политического консультанта заключается в поразительной способности «сидеть на ушах» (профессиональный жаргон), причем практически у любого политика. И дело не в психологии или психофизиологии. Не в технике, не в мистике. Чем более политик соответствует сути политики, тем больше он нуждается в консультанте, причем тоже хорошем. И здесь «тайна власти» связана прежде всего с особым отношением к языку, с особым умением говорить и молчать. Дело не только в «как» говорить, но и в «что». Если В. Маяковский назвал В. Хлебникова «поэтом для поэтов», то консультанта можно назвать «политиком для политиков».

Вопрос Вы говорили, что есть «корпоративные» советники и свободные. Какие, на ваш взгляд, лучше? С моей точки зрения, лучше «корпоративные». Им можно доверять. Можно быть уверенным, что они работают только на тебя, и никакая информация не уйдет. А «свобода» это действительно «свобода от обязательств». Кому нужны такие «гуляющие» сами по себе?

Ответ. Ваш вопрос сразу выдает логику «большого человека», может быть бизнесмена: «всех купить!» или «я тебе плачу деньги, поэтому сиди и не дергайся». Скажите, на вашем предприятии, в вашей фирме есть штатные юристы? Так, есть. Если вам нужно составить договор с другой фирмой, это делают они?

Слушатель: Они вместе с руководством.

О. М.: Ну, это понятно. Скажите, а если надо выиграть арбитражный процесс, вы обратитесь к «свободному юристу» или к своему?

Слушатель: У нас есть фирма, с которой мы постоянно сотрудничаем, а там есть юрист, с которым мы постоянно сотрудничаем.

О. М.: Ну вот. А почему вы не делаете наоборот? Не потому ли, что квалификация «свободного» выше? Не потому ли, что кроме договора, вашему юристу ничего нельзя поручить? Не потому ли, что содержать высококвалифицированного юриста в штате – очень дорого?

То же и у политконсультантов. Хотя очень могущественные люди могут позволить себе содержать очень высококвалифицированных консультантов. Хотя, конечно, «свобода» – еще не признак квалификации, как и долгосрочное сотрудничество с кем-либо – не признак непрофессионализма.

Но свобода связана с квалификацией. У той «верности», о которой вы говорили, есть обратная сторона. Находясь в «свободном полете» консультант получает массу информации, которой он был бы лишен, если бы его идентифицировали с какой-нибудь структурой. Наличие информации, наличие связей, возможности приходить и общаться с кем угодно и когда угодно – это то, что нужно для «повышения квалификации». У меня был знакомый-консультант, который согласился на высокую стабильную зарплату и стал персональным советником одного «большого человека». За полгода этот знакомый потерял квалификацию. Нет, он не стал глупее, как аналитик он не умер. Он стал скучнее, потому что привык на все глядеть с одной «колокольни». Он стал менее информированным, потому что теперь многие перестали ему доверять и т. д.

Квалификация связана со свободой и с другой стороны – тоже очевидной. Хороший консультант понимает, что стоит дорого и может зарабатывать много только на «вольных хлебах», когда у него много клиентов. Он слишком высоко себя ценит, и нужно быть очень богатым, чтобы «купить» такого человека.

Вопрос Вы сказали: «Чем более велик политик, тем больше он нуждается в консультанте». Вам не кажется, что вся история противоречит этому утверждению? Великие личности были абсолютными диктаторами, никого не слушали. Кто, например, был консультантом Гитлера? А вы ведь не будете спорить, что этот человек разбирался в психологии масс…

Ответ. Я не буду спорить. Он разбирался. И я считаю, что «Майн Кампф» надо включить в обязательную программу по специальностям «политология» и «паблик рилейшен». Как впрочем, и многие работы Ленина и др. Но вы ошибаетесь в том, что Гитлер не нуждался в советниках. Вы что-нибудь знаете о таком человеке как Хаусхофер? Это был величайший в XX веке геополитик, духовный отец Гитлера. Вы знаете о роли, которую очень долго играл Гесс? Вы что-нибудь знаете о загадочной миссии Бормана? А сколько «тайных советников» было у Гитлера, рекрутированных из различных оккультных сект? А роль Евы Браун? Это, кстати, вообще феномен интереснейший – женщина и «великая личность». Жозефина и Наполеон, Ева и Гитлер, Горбачев и Раиса Максимовна. Многие женщины обладают «консультантской харизмой». И дело здесь не в психологии, не в сексе, а только в отношении к языку.

Всякий великий политик имел своих «секретарей». Может быть, то, что нам неизвестно о них – величайшее свидетельство их квалификации. Часто они маскировались под секретарей, под персональных исповедников, старцев, шутов, шахерезад. Да, мало ли!

Случая, когда великий политик не нуждался в советниках, не бывало. Зато полно ситуаций, когда не было великих советников. И тогда спасением становились книги великих философов. Именно в них великие политики черпали мудрость и вдохновение. И великие философы знали о том, что их будут читать политики и писали в расчете на это. Писали особым языком, понятным только избранным. В качестве примера я привел бы книгу Хайдеггера «Вклады в философию». Но это тема отдельного разговора.

Вопрос Я сторонник точки зрения, что от консультантов в предвыборных кампаниях зависит очень мало. Когда я анализирую итоги выборов, то прихожу к выводу, что кандидат, который победил, и так имел все предпосылки и ресурсы для этого…

Ответ. Если даже консультант нужен только для того, чтобы имеющий все шансы выиграть человек не растерял свои преимущества, не упустил шанс – это тоже немало. Десятки и сотни людей проигрывают только потому, что просто не умеют использовать свои ресурсы. Так называемые «фавориты выборов» проигрывают сплошь и рядом, кстати, по причине переоценки своих ресурсов и оттого, что думают, будто при таких силах могут обойтись без консультантов.

Но с другой стороны, есть десятки примеров, когда консультанты «вытягивали» заведомо «мертвого» кандидата. В моей практике есть очень яркий случай.

Мэр одного города имел перед выборами рейтинг непопулярности 64 %. То есть 64 % людей говорили, что этого человека «надо в тюрьму, а он собрался на второй срок». Они сказали, что никогда за него не проголосуют. А собственный рейтинг мэра был в пределах 15 %. Через пять недель после того, как за дело взялись мы, этот мэр был избран на второй срок. За него проголосовало почти 60 %. Мы развернули ситуацию на 180 градусов. Люди были уверены, что их мэр – вор. Мы не стали спорить. Мы просто убедили их, что «лучше свой, чем чужой». Мы вывели из борьбы тех соперников, которые могли бы составить конкуренцию, а основным соперником сделали того, кто действительно подходил на роль «чужого вора», а потом доказали, что так оно и есть.

Еще имеется пример, которому вы все были свидетели. Кто за пять месяцев до президентских выборов готов был сказать, что Ельцин выиграет? Но Ельцин выиграл. Вот пример работы политических консультантов – за полгода они подняли рейтинг человека почти в 10 раз.

Поэтому лучше отказаться от «позитивистского» способа мышления, В чем заключается этот способ? В оправдании того, что есть. Вот его формула: «Раз нечто стало таким, каково оно есть, значит, оно и должно было таким стать». Вы судите о «возможностях» и «ресурсах» по действительности, по тому, что актуализировано. Не сомневаюсь: если бы мэр, о котором я говорил, проиграл, или же если бы Ельцин проиграл, вы первый бы сказали: «Ну, конечно! А что вы хотели? Так и должно было быть». А теперь, когда они выиграли, приходите вы и подобные вам и говорите: «Конечно, они должны были выиграть, ведь у них было столько ресурсов».

СССР проиграл в холодной войне. И сотни политологов доказывают, что так и должно было случиться: и кризис идеологии, и всеобщая бесхозяйственность, и отсутствие рынка и многое другое. А рядом процветающая Америка, где всего этого нет. Да, знаете ли вы, что если бы СССР построил свои газопроводы в Европу, мы бы жили как в Арабских Эмиратах и не думали ни про какие рынок и идеологию. СССР не построил их потому, что ему целенаправленно мешали. Мешали США и лично Рейган, который отлично понимал, что «пан или пропал», что США отстают от СССР по военной мощи, что СССР вот-вот увеличит свое влияние в Европе. Почитайте его статьи. И Рейган пошел «ва-банк». Но это длинная история. Смысл ее в том, что СССР мог выиграть холодную войну, и сотни «политологов» точно так же сидели бы и доказывали, что «иначе быть не могло». Рейган мыслил по-другому. Он, кстати, по моему глубокому убеждению, один из величайших политиков XX века и вообще в истории.

Суть «непозитивистского» творческого мышления в том, чтобы видеть возможности до того, как они стали актуальностью, изобрести возможности, делать возможное из невозможного. А потом, уже на втором этапе, сделать все возможное максимально актуальным, то есть реализовывать возможности. У двух людей или двух партий могут быть разные ресурсы, в потенции. Но одна реализует все эти возможности, а другая, хоть и имела больше, реализует только часть – и проигрывает. Политические консультанты – это как раз те, кто умеют «мести по сусекам и амбарам», инвентаризировать потенциал, а потом превращать его в реальность. Подумайте, как можно инвентаризировать то, чего нет? То есть некую «не действительность». Подумайте, и вы поймете всю сложность этого искусства.

Под возможностями не надо понимать некую актуальность невыборного порядка – связи, деньги и т. д. Эти актуальности надо еще конвертировать в возможности и потом возможности реализовывать. Актуальности, конечно, выступают в роли «повивальной бабки», то есть помогают делать возможности новыми актуальностями, поэтому, без действительности возможности нет. Но это не надо абсолютизировать, особенно в наше время. Эта сложная проблема впервые поставлена Аристотелем в «Метафизике» и до сих пор остается проблемой самого высокого ранга.

Не все просто в этом мире. Когда вы высказываете мнение и, формулируя его, используете слова «возможность», «ресурс» и др., вы должны понимать, что вы мыслите в этих словах. Но чем больше мыслите, тем яснее понимаете, что у вас нет ответов на вопрос. Чем больше вы мыслите над тем, что думаете и говорите, тем больше вопросов у вас возникает. И это самая лучшая атмосфера для консультанта. Консультант заставляет политика мыслить. Но политик не должен размышлять, он должен принимать решения и действовать. В этой атмосфере, атмосфере вопросов, ему трудно дышать, он требует ответов. Требует от кого? От консультантов. Они могут дать любой ответ, ибо ничем не рискуют. Всегда есть «позитивисты», которые докажут задним числом, что данное решение было единственно возможным. Так что спасибо вам за то, что вы есть. Вы – условие нашего консультантского существования, а я, дурак, даю вам отповедь.

velib.com

«Юристы – интеллектуальная элита, которой многое по плечу» | Правовой журнал «Legal Insight»

Классическое юридическое образование, ум, хватка, опыт, умение добиваться результата и, конечно же, большая любовь к профессии – все это помогло Марине Думиной, вице-президенту по юридическим вопросам ОАО «ВымпелКом», достичь колоссального успеха в карьере. Своими секретами она решила поделиться с читателями журнала.

Как вы оцениваете развитие юридической службы в российских компаниях за последние 20 лет? Можно ли выделить на этом пути какие-то принципиальные этапы, для которых характерны значительные качественные изменения?

За 20 лет юридические службы прошли такой же эволюционный путь, как и весь российский бизнес. Изменение экономических реалий, глобализация мировой экономики не могли не затронуть их. При этом по своей значимости и последствиям для компаний в сотню раз возросли риски, включая юридические. Существенно менялось законодательство, появлялись новые институты права, российские компании начали активно выходить на международные рынки, использовать соответствующие финансовые инструменты, их акции стали котироваться на международных биржах, появилось значительное количество судебных споров в иностранных юрисдикциях. Юридические службы, которые раньше занимались в основном договорно-претензионной работой и визировали приказы, отошли в прошлое (имеются в виду крупные компании).

Сейчас в структуре юридических служб крупных компаний, помимо юристов традиционных направлений, работают, например, эксперты по M&A и комплайенсу. Они прекрасно сопровождают сложнейшие международные сделки и свободно ориентируются во всем законодательстве, а не только в отдельных его областях. С моей точки зрения, все больше просматривается тенденция к осуществлению юридическими службами не просто поддержки, а функций бизнес-партнеров.

Как изменилась работа юридических департаментов (привлечение внешних юристов, финансовые условия найма, объем работы, характер сделок и т. п.) во время экономического кризиса и после него?

Я пришла работать в ОАО «ВымпелКом» девять месяцев назад. Во время кризиса и сразу после него я находилась на стороне внешних юристов, соответственно, мои оценки основываются на этом опыте. Конечно, последствия кризиса ощущались болезненно. Практически во всех компаниях и отраслях были сокращены бюджеты, заморожены многие сделки и крупные проекты, безусловно, пришлось экономить и на внешних юридических консультантах. Во многих юридических компаниях прошли значительные сокращения. Но я хотела бы отметить и положительную сторону всего этого – рынок юридических услуг очистился и качественно улучшился. Не секрет, что раньше он был «перегрет», кризис помог выжить лучшим участникам рынка, которые сумели быстро перестроиться, оптимизировать свою работу и продемонстрировать высокое качество услуг.

В какой мере удалось развить юридическую функцию в ВымпелКоме и усилить ее влияние на принятие ключевых решений компании?

Юридическая функция в ВымпелКоме заключается в выявлении, предупреждении и минимизации юридических рисков. Роль юристов компании активна, а не пассивна. Руководитель юридической службы входит в состав коллегиальных исполнительных органов и участвует в принятии управленческих решений в компании, которые базируются на серьезном предварительном анализе и оценке рисков.

Какова модель организации юридической функции в вашем департаменте: только централизованная, полностью децентрализованная, частично сосредоточенная в руководящем органе и частично в бизнесе, международная организация – юристы в руководящем органе, вспомогательных и бизнес-частях?

Юридическая функция в ВымпелКоме является централизованной. Это оптимальная модель для такой компании, как наша, с учетом ее структуры, сложности бизнеса и серьезности юридических рисков. Она позволяет нам наилучшим образом выстроить работу с внутренними заказчиками – различными бизнес-подразделениями, а также обеспечить защиту интересов компании в целом.

Насколько статична или мобильна внутренняя структура вашего департамента, меняется ли она по мере постановки новых задач?

Телекоммуникационная отрасль – одна из наиболее динамично развивающихся, статичного в ней не может быть по определению. Существуют основные принципы построения юридической функции в компании, о чем я уже говорила, но внутренняя структура, конечно, может меняться. Это зависит от освоения бизнесом новых направлений, изменения организационной структуры компаний, постановки дополнительных задач.

Есть ли отраслевая специфика в работе юридической службы компании, работающей в сфере телекоммуникаций, и если да, то в чем она заключается?

Такая специфика, безусловно, существует. Операторская деятельность является лицензируемой, поэтому особое внимание уделяется взаимодействию с органами регулирования. Я бы даже сказала, что лицензионные риски – одни из самых существенных для телекоммуникационных компаний. Телекоммуникационная отрасль является высококонкурентной, поэтому антимонопольное законодательство для нас – также зона повышенного внимания. И конечно, наши юристы должны очень хорошо разбираться в самом бизнесе, поэтому некоторые из них являются еще и связистами по образованию.

Используются ли во внутренней работе вашего юридического департамента какие-либо специальные IT?

Мы используем базы данных «Гарант» и «Консультант», у нас действует внутренняя система team-room, где выкладывается информация по различным категориям, мы постоянно обновляем электронную судебную сводку. Кроме того, в системе Интранет нашей компании у юридического блока есть своя страничка, где мы размещаем типовые формы договоров, судебных документов, освещаем наиболее актуальные темы и отвечаем на вопросы.

Какие ключевые требования предъявляет бизнес к юристу?

Прежде всего, требование быть креативным. Юрист должен не только обозначать и оценивать риски, но и предлагать бизнесу приемлемые пути решения вопроса. Когда говорят: «У нас хорошие юристы», имеют в виду не то, что они в состоянии грамотно объяснить, почему чего-либо нельзя делать в соответствии с пунктом таким-то статьи такой-то закона такого-то, а имеют в виду способность юристов помочь бизнесу найти выход из создавшегося положения с минимальным риском.

Очень приветствуется такое качество, как оперативность: бизнес-заказчику всегда все нужно сделать буквально «вчера», от этого у него крайне многое зависит… и т. п.

Еще бизнес не любит, когда юристы слишком умничают и разговаривают эзоповым языком. Понятное разъяснение сложных вещей, напротив, вызывает уважение.

Какие качества юриста (профессиональные, личные) способствуют принятию стратегических решений в компании?

Во-первых, умение брать на себя ответственность. Это, кстати, один из ключевых элементов управления рисками. Когда человек хочет уйти от ответственности, переложить ее на других, он, скорее всего, так и не примет никакого решения.

Во-вторых, необходим высокий стандарт профессиональных качеств. Обладая хорошим образованием и постоянно поддерживая уровень знаний, надо еще уметь нетривиально мыслить, видеть «всю картинку» и хорошо просчитывать последствия.

Кроме того, я верю в интуицию, которая, по большому счету, основывается на опыте и профессионализме.

Как построена кадровая политика в вашем департаменте? Существуют ли какие-либо особые условия приема на работу?

В нашем юридическом блоке много департаментов, которые занимаются разными направлениями. Соответственно, и требования к работающим в них специалистам разные (помимо высшего юридического образования, естественно). Многое зависит от уровня позиции, на которую мы подбираем сотрудника. Например, в M&A и департамент обеспечения операторской деятельности требуются абсолютно разные эксперты, а для ведения крупных проектов и сопровождения продуктов нужны еще и хорошие менеджерские навыки. В регионах нужны универсальные юристы, которые больше сфокусированы на реализации стратегий на местах и поддержке локального бизнеса. Так что юристы у нас – «штучный товар», и для каждой позиции существуют определенные требования. Имеются у нас и начальные позиции для юридической карьеры, поэтому мы охотно берем молодежь и обучаем ее.

Если говорить о карьере корпоративного юриста, то где, по вашему мнению, ее лучше начинать: сразу в корпоративном секторе или в юридической фирме?

Я думаю, это непринципиально. Всюду есть свои преимущества. Корпоративные юристы, как правило, лучше разбираются в особенностях регулирования отрасли, хорошо понимают задачи бизнеса, т. е. знают процесс «изнутри». Конечно, идеально начинать карьеру в крупной компании, где можно заниматься не только рутинной работой. В то же время в юридических фирмах прекрасно развиваются экспертные навыки, молодые специалисты учатся готовить правовые исследования, меморандумы, проводить переговоры. Это «дорога со встречным движением»: есть много примеров, когда юридические фирмы берут на работу корпоративных юристов, и наоборот.

Вы довольно долго работали в юридических фирмах: с 1993 по 2010 г. Расскажите, какие риски подстерегают юриста, долгое время проработавшего в консалтинге, при переходе на руководящую позицию в корпоративный юридический департамент.

Я бы сказала, что в этом случае скорее испытывают трудности, а не сталкиваются с рисками. Лично мне пришлось из эксперта переквалифицироваться в управленца (хотя я и недолюбливаю это слово), т.е. появилась необходимость решать множество вопросов организационно-административного характера, в том числе принимать непопулярные решения, хотя, к счастью, вопросы правовой экспертизы все-таки значительно преобладают.

Мне пришлось по-другому распределить свое время, которого сначала катастрофически не хватало, расставить приоритеты и отсеять второстепенные вопросы.

Если абстрагироваться от вопросов компенсации, то чем руководящая позиция in-house может быть привлекательна для юриста из консалтинга?

Возможностями влиять на принятие решений, воплощать в жизнь разработанные стратегии и видеть результаты своего труда. Это все равно, что иметь все необходимые элементы для того, чтобы собрать пазл, ведь внешние консультанты, как правило, располагают довольно ограниченной информацией. Ощущения захватывающие.

Что вы думаете о переходе юристов на бизнес-позиции, связанные со стратегией или корпоративными финансами? Можно ли говорить о таком продвижении как об органичном продолжении карьеры юриста? Что, на ваш взгляд, для этого нужно иметь: диплом MBA, финансовое образование, какие-то особые таланты?

Приведенные примеры подтверждают, что юристы являются представителями высокоинтеллектуальной элиты, которой многое по плечу. Юристы также уходят в политику, занимают руководящие посты на государственной службе. Конечно, дополнительное специальное образование только на руку, но нужен еще и определенный талант, особый склад ума. Я все-таки склонна думать, что это скорее отдельные успешные примеры, чем органичное продолжение карьеры. Профессия юриста вполне самодостаточна, а здесь мы видим уже нечто большее, нежели юристов «в чистом виде».

Юридический департамент ВымпелКома четырежды становился победителем конкурса «Лучшие юридические департаменты России». Что дает юристам участие в профессиональном конкурсе, где они выступают не персонально, а коллективно?

Проведение такого конкурса – прекрасная идея. На конкурсе оценивается модель построения и функционирования юридической службы в целом, хотя подбор кадров, конечно, тоже имеет колоссальное значение.

Нашим сотрудникам очень важно сознавать, что они – настоящая команда. Я была счастлива, когда нам вручали награду. Без ложной скромности скажу, что на своем карьерном пути я неоднократно побеждала и в «индивидуальной гонке», но тут испытала какое-то особое чувство сопричастности коллективу и гордости за коллег.

У вас успешно сложилась профессиональная карьера юриста в целом и корпоративного юриста в частности. А доводилось ли когда-либо испытывать разочарование, хотелось ли по какой-либо причине уйти в иную сферу деятельности?

Разочарования, конечно, были, но не в профессии, а в невозможности добиться определенного результата при полной уверенности в собственной правоте. Порой также бывает жаль времени и сил, потраченных на решение тех вопросов, которые этого явно не стоят. Однако сменить сферу деятельности не хотелось никогда, я очень люблю свою профессию, как бы пафосно это ни звучало.

Помогала или мешала вашей карьере принадлежность к слабому полу? Кого больше среди ваших подчиненных: мужчин или женщин? Есть ли какая-то специфика в методах руководства мужчинами и женщинами?

По моему глубокому убеждению, в юридической профессии вопрос принадлежности к тому или иному полу вызывает интерес лишь первые десять минут, да и то в основном на кофе-брейках, а не на переговорах или в зале суда. Дальше вступают в действие совсем иные критерии оценки: ум, хватка, опыт, умение добиваться результата.

Я не могу сказать, кого среди моих подчиненных больше – мужчин или женщин, просто никогда не вела такой статистики. Мне кажется, их примерно одинаково. Соответственно, никакой специфики руководства в отношении мужчин и женщин в нашем юридическом департаменте нет и, как я полагаю, быть не может.

Сейчас можно часто слышать нелестные отзывы по поводу низкого уровня подготовки специалистов в вузах. Довольны ли вы своим образованием? Какова сегодня, по вашему мнению, главная задача вузов?

Мне посчастливилось получить классическое юридическое образование в одном из лучших вузов страны – Московском государственном университете, где преподавали корифеи отечественной юриспруденции и читались полноценные курсы таких, вроде бы второстепенных, предметов, как римское право, логика, латынь. Это стало благодатным фундаментом, на который потом комфортно ложились новые знания и профессиональный опыт. Мне кажется, что сейчас утрачена академичность юридического образования, которая чувствуется в специалистах моего поколения.

В отношении главной задачи современного обучения не скажу ничего нового. Как и во все времена, она неизменна – готовить квалифицированных юристов. В чем вы видите основные задачи профессиональных юридических СМИ?

В их новаторстве. Сейчас выпускается довольно много юридических изданий, имеются интернет-сайты различной направленности как по предмету, так и по аудиториям, которым они адресованы. В принципе, это хорошо, тем более что задачи у официальных вестников и узкокорпоративных изданий разные.

Есть ли у вас какие-либо пожелания нашему журналу?

Я знаю команду, которая пришла работать в ваш журнал. Это энергичные профессионалы с интересными, неординарными идеями. Желаю вам воплотить в жизнь все планы и задумки!

Юристы, как известно, люди серьезные, однако это не исключает возможности относиться к своей

профессии с определенной долей здорового юмора и самоиронии. Можете ли вы поделиться с нами и нашими читателями чем-либо веселым?

Приведу так называемый «закон Мерфи» для юристов:

1) исключений всегда больше, чем правил;

2) всегда существуют исключения из действующих исключений;

3) когда исключения освоены и повсеместно применяются, никто уже не вспоминает правил, к которым они относятся.

Досье

Марина Александровна Думина в 1980 г. окончила юридический факультет МГУ им. Ломоносова со специализацией по кафедре международного права, после чего начала работать в Московской городской коллегии адвокатов и поступила в аспирантуру Института государства и права РАН. С 1993 г. Марина Александровна работала в московском представительстве Linklaters and Paines в должности старшего юриста, с 1998 г. – в Akin Gump Strauss Hauer & Feld, где занималась международными судебными спорами в телекоммуникационной, нефтяной и других отраслях, связанных со значительными инвестициями. В 2006 г. получила статус партнера московского представительства Akin Gump. Входила в различные экспертные советы, работала с федеральной комиссией по ценным бумагам в рамках совместных проектов.

В июне 2010 г. Марина Александровна заняла должность вице-президента по юридическим вопросам ОАО «ВымпелКом». В этой роли руководит всей правовой работой в компании, обеспечивая законность деятельности и защиту ее правовых интересов.

legalinsight.ru

Политология и юриспруденция - Политология. Вопросы и ответы - Л. Н. Панкова - RutLib4.com

Политология и юриспруденция

Политология и юриспруденция, являясь разными научными направлениями, достаточно часто имеют одни и те же объекты исследования, используют общие методы. Это отражается и в широком понятии права, выделяющем такие составляющие, как догма права, политика права, история права. В силу этого оказались безуспешными поиски «чистого права», осуществляемые Г. Кельзеном, его стремление освободить понятие права от истории и политики. В противном случае из сферы юридической науки необходимо было бы исключить избирательные системы и процесс, законодательный процесс, деятельность парламента, референдумы и другие проблемы. С другой стороны, политика неизбежно включает в себя нормативное начало (прежде всего, на современном этапе), которое предохраняет ее от перерождения в политический произвол господствующих политических сил. Демократическая (цивилизованная) политика предполагает согласование интересов и его закрепление (с помощью определенных норм) во властном решении, придание ему статуса властного полномочия. Последнее требует уже применения нормы права.

Общим и для права, изучаемого юриспруденцией, и для политики, изучаемой политологией, выступают волевые явления, акты волеизъявления уполномоченных субъектов. Право регулирует, закрепляя либо ограничивая волевые веления, закрепляет волю источника власти (народа), регулирует и охраняет делегирование и разграничение властных полномочий, что утверждается в законах, обычаях, договорах. Политика же непосредственно включается в процессы формулирования воли, реализации и распределения полномочий, определения (согласования) того, кто осуществляет властную волю. Политика – это и борьба за власть, за влияние на эту власть. Развивается такое направление в рамках криминологии, как «политическая криминология», изучающая преступления, объектом которых является осуществление власти.

И политология, и юриспруденция изучают такой политический институт, как государство и его органы. Еще К. Шмитт писал: «Понятие государства предполагает понятие политического». В США юристы и политологи, продолжая традицию Ж.-Ж. Руссо, используют термин «политическое право», изучая деятельность юристов, участвующих в проведении избирательных кампаний, обосновывающих с точки зрения права конкретные политические решения, разрешающих споры между органами государственной власти.

В значительной степени о совпадении объектов изучения у политологов и юристов можно говорить в отношении истории политических и правовых учений. Политические и правовые учения подчас весьма сложно отделить друг от друга. Закономерно, что известные мыслители изучали одновременно и политику, и право (работы Г.В.Ф. Гегеля, И. Канта, Л. Штейна, Б. Чичерина, М. Ковалевского, Н. Макиавелли, Ж.Ж. Руссо, Т. Пейна, Т. Джефферсона и др.). Серьезный вклад в изучение политики внесли юристы, в том числе и российские (С.А. Авакьян, А.С. Автономов, Г.В. Атаманчук, А.В. Колесников, В.Д. Корельский, В.Е. Гулиев, С.А. Комаров, А.И. Ковлер, В.П. Казимирчук, В.Н. Кудрявцев, В.В. Лапаева, И.И. Лукашук, Г.В. Мальцев, М.Н. Марченко, А.В. Малько, Н.И. Матузов, В.В. Смирнов, Г.Х. Шахназаров и др.). Широкое признание получили учебники и учебные пособия по политологии, подготовленные юристами или с участием юристов.

Столь же активный интерес проявляют исследователи и к проблеме различения политологии и юриспруденции. Одним из первых к изучению этой проблемы обратился Г. Гроций. К. Шмитт изучал особенное в юриспруденции и политологии в связи с различением институционализма и нормативизма (как начала позитивного права) и дицизионизма (как начала политологии). Если институционализм объединяет юридическое и политическое, то нормативизм и дицизионизм характеризуют различия права и политики. «Если чистый нормативист мыслит безличными нормами, а дицизионист личным решением реализует подлинное право правильно осознанной политической ситуации, то институциональное правовое мышление развертывается в надличностных учреждениях и формах» (К. Шмитт).

Обратимся к понятию дискреции или дискреционного полномочия. Дискреция – это способность и возможность собственного усмотрения при отсутствии четкого правила (нормы) и при необходимости принятия не терпящего отлагательства ответственного решения. Дискреция необходима и для таких неполитических должностных лиц, как судьи, работники правоохранительных органов, но чаще она реализуется в деятельности политических деятелей: глав государств, министров, депутатов. Наличие дискреции – показатель выхода из сферы права в сферу политики, не регулируемой нормами или же регулируемой, но нечетко. Право стремится оставить меньше места для дискреции, но жизнь настолько богата, что это не удается.

© RuTLib.com 2015-2016

rutlib4.com

Содействие участию гражданского общества в общественно значимых конституционных судебных процессах в России / О проекте

О проекте

Срок реализации проекта: декабрь 2015 – декабрь 2018

Проект направлен на укрепление роли российских правозащитных организаций и их активное вовлечение в общественно значимые судебные процессы в Конституционном Суде Российской Федерации (КС России) в интересах защиты прав человека. Для достижения этой цели чрезвычайно важно улучшить профессиональные навыки правозащитников, способствующие их успешному участию в конституционном правосудии, и сформировать сильное сообщество юристов-конституционалистов, обеспеченное необходимой экспертной поддержкой.

Основу деятельности в рамках Проекта составляет консультирование и представление интересов заявителей в КС России. Кроме того, реализация Проекта предусматривает отбор региональных правозащитных некоммерческих организаций и юридических клиник при ведущих вузах (в Москве, Санкт-Петербурге, Калининграде, Воронеже, Красноярске, Новосибирске и Нижнем Новгороде) для тесной совместной работы. На базе таких организаций планируется создание методических центров для развития стратегической судебной защиты. На их основе также будут проводиться профессиональные семинары для группы из 30 будущих тренеров (из целевых регионов) и по меньшей мере 450 практикующих юристов. Предполагается, что это поможет создать мощную сеть юристов и адвокатов, готовых продвигать конституционное правосудие как инструмент защиты прав человека, а равным образом содействовать доведению важных правовых вопросов до КС России,а когда это целесообразно и необходимо – до международных юрисдикционных органов.

В течение срока реализации проекта Институт права и публичной политики в партнерстве с Pro NGO! e.V и местными центрами по защите прав будет предпринимать усилия к повышению осведомленности юристов, работающих в системе защиты прав человека, и адвокатов о прецедентной судебной практике, затрагивающей вопросы прав человека, а также о процедурах и условиях эффективной реализации положений российской Конституции и международных договоров в области прав человека. Так, намечена подготовка пособия по обращению в Конституционный Суд, запланирована поддержка онлайн-портала по конституционному и международному правосудию, проведение вебинаров по актуальной судебной практике и пополнение систематизированного каталога решений КС России и Европейского Суда по правам человека (и иных международных юрисдикционных органов).

Существенная часть Проекта посвящена продвижению практики подготовки независимых экспертных заключений Amicus Curiae как способа донесения необходимых исследований и сведений до Конституционного Суда России в целях получения им информированного представления о правовых проблемах конкретных споров и поддержания диалога с гражданским обществом. Проведение тематических тренингов и круглых столов будет способствовать формированию пула правозащитных организаций и юристов, подготовленных к выступлению в конституционных судебных процессах в качестве Amicus Curiae.

В более широком масштабе – в средне- и долгосрочной перспективе – реализация Проекта будет содействовать росту эффективности российской системы конституционного правосудия и повышению уровня защиты конституционных прав.

Деятельность в рамках проекта осуществляется по следующим основным направлениям:

  • сбор, обобщение и анализ сведений о трудностях, возникающих у юристов, адвокатов, граждан и иных лиц при подаче обращений в КС России, ЕСПЧ или иные международные юрисдикционные органы, и дальнейшем ведении дела;
  • предоставление консультаций юристам и адвокатам  по обращению с жалобой в КС России онлайн и при непосредственном обращении;
  • подготовка независимых экспертных заключений в качестве amicus curiae по делам, рассматриваемым КС России и, когда это целесообразно, в ЕСПЧ;
  • организация и проведение тренингов с целью ознакомления юристов и адвокатов с особенностями содержания, аргументации, оформления и направления обращений в КС России (или ЕСПЧ), а также юридического представительства в КС России и ЕСПЧ;
  • содействие в формировании сообщества правозащитников (адвокатов и юристов-общественников), специализирующихся на юридическом представительстве в КС России,
  • развитие взаимодействия с вузами в создании специализированных юридических клиник по конституционному праву;
  • подготовка и опубликование аналитических материалов и методических пособий по вопросам обращения в КС России и ЕСПЧ (или Комитет по правам человека ООН), ориентированных как на юристов  и адвокатов, так и граждан;
  • поддержка Общественного портала по конституционному правосудию для обеспечения доступа к актуальной правовой и организационно-методической информации о правилах обращения в КС России и о конституционном правосудии в целом.

Проект реализуется в интересах следующих целевых групп:

  • юристы некоммерческого сектора и адвокаты, работающие с социально уязвимыми группами населения; юристы аппаратов уполномоченных по правам человека, и т.п.
  • граждане и их объединения;
  • некоммерческие организации, вузы (в первую очередь, юридические клиники при вузах) и экспертно-аналитические организации.

 

Состав Консультативного совета Проекта

Бауринг Уильям

Профессор международного права Лондонского университета

Бланкенагель Александр

Профессор публичного права Университета им. Гумбольдта (Германия)

Деменева Анна Валентиновна

Консультант аппарата Уполномоченного по правам человека в Свердловской области

Иванов Лев Олегович

Ведущий эксперт Института права и публичной политики, куратор консультационной деятельности в рамках Проекта

Каменская Татьяна Алексеевна

Адвокат, управляющий партнер юридической фирмы «Каменская & партнеры»

Кононов Анатолий Леонидович

Судья Конституционного Суда Российской Федерации в отставке

Коротеев Кирилл Николаевич

Юридический директор Правозащитного центра «Мемориал»

Кряжкова Ольга Николаевна Доцент кафедры конституционного права им. Витрука Российского государственного университета правсудия

Морщакова Тамара Георгиевна

Судья Конституционного Суда Российской Федерации в отставке, заведующая кафедрой судебной власти факультета права НИУ "Высшая школа экономики", Председатель Консультативного совета

Соболева Анита Карловна Доценкт кафедры теории государства и права факультета права  НИУ "Высшая школа экономики"

Султанов Айдар Рустэмович

Судья Третейского энергетического суда, начальник юридического управления ОАО «Нижнекамскнефтехим», член Ассоциации по улучшению жизни и здоровья (ABLE)

Филатова Мария Анатольевна

Доцент кафедры судебной власти факультета права НИУ "Высшая школа экономики"

  Проект реализуется при поддержке Европейского Союза 

www.ilpp.ru

Реферат на тему юристы в политике

Реферат: Римские Юристы

ТЕМА: Деятельность юристов в Древнем Риме.

2. Основные формы деятельности юристов в Древнем Риме.

3. Деятельность юристов в период республики.

4. Школы юристов.

5. Деятельность знаменитых юристов Древнего Рима.

6. Основные кодификации римского права.

Большой вклад в разработку римской юриспруденции, истолкование принципов права внесли римские юристы.

Политическая культура юриста: понятие, структура

Политическая культура юриста отражаетстепень сознательного усвоения и теоретического осмысления исторических иполитических знаний; умения применять их при анализе и оценке явленийобщественной жизни, выработки убеждений; осознание политических ценностей;способность предвидеть политические последствия собственной деятельности.

Иначе: политическая культура юриста — этообусловленный ценностными представлениями юриста о политических явлениях ивоплощенный на практике кодекс его поведения или стиль его деятельности каксубъекта политической власти.

Юридическая профессия и специфика юридического образования в США

Национальный исследовательский Иркутский государственный технический университет

В последнее время у нас в стране прослеживается рост популярности такой профессии как юрист. Возможно, сказывается возросшая роль правового регулирования жизни общества, а может быть люди заинтересованы в получении высокой заработной платы как во многих развитых странах Европы и Америки. Поэтому в этой связи, на наш взгляд, было интересно проследить, что понимается под профессией юриста в Соединенных Штатах Америки и как обучаются будущие специалисты в области юриспруденции.

Реферат Профессия юриста: Прокурор скачать бесплатно

Преподаватель: Крусян А.Р. Выполнил: Студент 1-го курса 3-й группы Факультета Государственного Управления Иванов Д.А.

Одесса 1998 План:

1. Основные виды деятельности прокурора.

2. Профессиональные особенности деятельности прокуроров.

3. Задачи прокурора при рассмотрении гражданских дел в суде.

4. Участие прокурора: А) В суде первой инстанции; Б) В кассационном и исполнительном производстве;

5.

Социология права

Социология права – новое научное направление в отечественном обществоведении, которое рассматривает правовую систему в связи с жизнью, социальной практикой.

Прежде всего, без всестороннего анализа социально-правовых проблем трудно раскрыть актуальные задачи и перспективы развития правовой системы, ее роль в качественном совершенствовании социальных отношений, а также разработать научную платформу осуществления крупной правовой реформы, призванной обеспечить верховенство закона во всех сферах жизни общества, усилить механизм поддержания правопорядка на основе развития народовластия.

Деятельность юристов

по римскому праву

«1-3» 1. Формы деятельности римских юристов. 3 2. Практика юристов. 4 3. Правотворческая деятельность в I-III вв. н.э. 5 4. Наиболее известные римские юристы. 7 5. Снижение творческого характера деятельности римских юристов в IV-V вв. н.э. 8 6. Сочинения римских юристов. 10 Литература. 12

Важную роль в развитии римского классического права сыграли римские юристы.

Программа литература рефераты

1.1. ЦЕЛЬ ОСВОЕНИЯ ДИСЦИПЛИНЫ

Учебная дисциплина «Основы социального государства» ставит своей целью дать студентам научное представление о социальной политике государства как междисциплинарном научном направлении и элементе общей системы знаний о политике, понимание актуальных проблем социальной политики и возможностей повышения ее эффективности.

Ставится задача изучить процессы развития основных институтов гражданского общества, привить навыки использования полученных знаний в области государственной политики как в теоретическом, так и в практическом назначении.

Лекция основная форма учебного процесса при подготовке юристов

Выдержка из работы

Лекция — традиционно ведущая форма обучения в вузе. Ее основная дидактическая цель — формирование ориентировочной основы для последующего усвоения студентами учебного материала. Будучи главным звеном дидактического цикла обучения, она выполняет научные, воспитательные и мировоззренческие функции. В ряде случаев лекция выполняет функцию основного источника информации: при отсутствии учебников и учебных пособий, чаще по новым курсам; в случае, когда новые научные данные по той или иной теме не нашли отражения в учебниках; отдельные разделы и темы очень сложны для самостоятельного изучения.

Политика и общество

Елизавета ІІ правит Великобританией дольше, чем большинство британцев себя помнят. Монарший юбилей жители королевства отмечают с размахом, ведь жизни без королевы большинство из них и представить не может.

black-lev.ru


Смотрите также