Закон суров, но он закон...

Цицерон юрист


Политические и правовые учения рабовладельческой аристократии. Цицерон. Римские юристы

В римском рабовладельческом обществе господствующее положение занимала землевладельческая аристократия. По мере укрепления своих позиций она оттесняла как старую наследственную знать, так и зажиточную верхушку торгово-промышленных слоев. Если в государствах-полисах политические конфликты среди свободных определялись главным образом столкновениями между родовитой знатью и лагерем демократии, то теперь, с утверждением частной собственности на землю, решающим становится противоборство крупных и мелких земельных собственников.

Виднейшим идеологом римской аристократии в период республики был знаменитый оратор Марк Туллий Цицерон (106–43 гг. до н.э.). Свое политико-правовое учение он изложил, подражая Платону, в диалогах “О государстве” и “О законах”. Некоторые аспекты государственно-правовой проблематики затрагиваются им также в сочинениях по этике (например, в трактате “Об обязанностях”) и в многочисленных речах.

Цицерон исходит из общих для всех сторонников аристократии представлений о естественном происхождении государства. Следуя Аристотелю и стоикам, он утверждал, что гражданские общины возникают не по установлению, а от природы, ибо люди наделены богами стремлением к общению. Первой причиной для объединения людей в государство послужила “не столько их слабость, сколько, так сказать, врожденная потребность жить вместе”. В духе аристократических учений своего времени Цицерон настаивал на том, чтобы государственная власть была вручена мудрецам, способным приблизиться к постижению мирового божественного разума. Государство могло бы стать вечным, уверял мыслитель, если бы люди жили по заветам и обычаям отцов. Целью государства, согласно его концепции, является охрана имущественных интересов граждан.

Аналогичным образом решаются им и вопросы, касающиеся происхождения и сущности права. “Истинный и первый закон, способный приказывать и воспрещать, есть прямой разум всевышнего Юпитера”, – утверждал Цицерон. Этот высший, естественный и неписаный закон возникает задолго до того, как люди объединились в гражданские общины, и его нельзя изменить голосованием народа или решением судей (здесь – откровенный выпад против учений рабовладельческой демократии). Законы государства должны соответствовать установленному в природе божественному порядку – в противном случае они не имеют законной силы. На страже божественного естественного закона обязаны стоять жрецы. Возникновение права, подчеркивал Цицерон, “следует выводить из понятия закона. Ибо закон есть сила природы, он – ум и сознание мудрого человека, он – мерило права и бесправия”. Права мудрых и достойных граждан, включая право собственности, вытекают непосредственно из природы, из естественного закона.

Сквозь этот строй типично аристократических представлений пробиваются вместе с тем ростки принципиально иной доктрины. В явном противоречии с собственными исходными положениями Цицерон утверждал, что государство является не только естественным организмом, но и искусственным образованием, “народным установлением”. Цицерон признает равенство всех людей от природы и возможность достижения мудрости каждым, кто получит образование. Имущественные и социальные различия между людьми, с этой точки зрения, возникают не от рождения, а в силу установившихся в обществе отношений. “Частной собственности, – заявлял Цицерон, полемизируя с последователями Аристотеля, – не бывает от природы”. Она возникает на основании либо давнишнего завладения, либо победы в войне, либо закона и соглашения. Положительно оценивая значение богатства и договоров в жизни общества, Цицерон приходит к выводу, что государство “держится на кредите”.

Эти и другие подобные им положения были заимствованы мыслителем из идеологии полисной демократии. Развивая их, Цицерон определяет государство (res publica) как дело народа, где под народом понимается “соединение многих людей, связанных между собой согласием в вопросах права и общностью интересов”. В трактовке Цицерона право выступает основой государства, его определяющим началом. Государство в таком понимании оказывается уже не только моральным сообществом свободных граждан (каким оно представлялось Платону и Аристотелю), но и правовым сообществом. Предложенное Цицероном понятие государства сыграло значительную роль в последующем развитии политико-правовой теории.

Цицерон, говоря о народе в своем определении государства, имел в виду исключительно землевладельцев и крупных торговцев. Об этом красноречиво свидетельствует приводимый в трактате “Об обязанностях” перечень занятий и профессий, не достойных свободного человека. Цицерон относит к числу презренных людей ростовщиков, мелких торговцев, владельцев ремесленных мастерских, а также всех трудящихся. С такими людьми, занятыми “грязным делом”, у достойных граждан не может быть никаких общих интересов.

Политический идеал Цицерона – аристократическая сенатская республика. В общетеоретическом плане он обосновывает свой идеал учением о смешанной форме правления. Ссылаясь на греческих мыслителей, Цицерон различает три основные формы государства: царскую власть –- монархию, власть оптиматов – аристократию и власть народа – демократию. Среди них лучшей, по мнению Цицерона, является монархия. Каждая из этих простых форм власти неизбежно вырождается, что приводит к возникновению таких порочных состояний государства, как тирания, господство клики богатых и власть толпы (черни). Порочные состояния, собственно, не являются уже формами государства, поскольку там царят произвол и насилие, и, следовательно, распадается само государство как объединение свободных граждан.

Наиболее совершенной и устойчивой формой правления Цицерон считал смешанное государство, сочетающее начала монархии, аристократии и демократии. К такому строю, по его мнению, приближалась Римская республика во времена “отцов” и “дедов”. Монархические начала были представлены в ней властью консулов, аристократические – правлением сената, демократические - народным собранием и властью трибунов. В этой части учение Цицерона не выходило за рамки древнегреческих концепций круговорота государственных форм (Платон, Полибий) и политических идеалов знати, требовавшей реставрации староустойных порядков.

Цицерон творил в период становления Римской империи. Поддерживая и одобряя захватнические войны Рима, Цицерон отказывается от идеалов замкнутого, самодовлеющего полиса. Под влиянием стоиков он пропагандирует идеи космополитизма и мирового государства.

В правовой теории переход к империи нашел отражение в представлениях о составе и разновидностях права, действующего в римском государстве. Сочинения Цицерона являются самыми ранними произведениями римской литературы, где проводится различие между естественным правом, правом народов и правом римских граждан.

Правовые воззрения рабовладельческой аристократии получили свое практическое воплощение в деятельности римских юристов.

Светская юриспруденция как самостоятельная отрасль знаний сложилась в Древнем Риме во II–I вв. до н.э. По своему характеру и направленности она явилась специфическим порождением идеологии тех слоев рабовладельческой знати, которые были заинтересованы в усилении правовой охраны частной собственности и в то же время выступали против расширения законодательной деятельности государства в сфере имущественных отношений, полагаясь больше на советы и консультации немногих избранных юристов (“право мудрых”), чем на писаный закон.

Расцвет римской юриспруденции приходится на эпоху ранней империи (I в. до н.э. – III в. н.э.). В этот период императоры, стремясь ограничить законодательную власть сената, предоставляют наиболее выдающимся юристам право давать разъяснения и толкования действующих правовых норм, обязательные для всех должностных лиц и судей. Разъяснения правоведов приравниваются тем самым к закону. Со второй половины III в., когда законодательная власть сосредоточивается в руках императоров, пожалование такой привилегии прекращается, и римская юриспруденция приходит в упадок.

К числу самых известных юристов периода ранней империи принадлежали Гай, Папиниан, Павел, Ульпиан и Модестин. Пространные выдержки из написанных ими сочинений содержат Дигесты Юстиниана.

Понятие права юристы выводили, подобно Цицерону, из стоической идеи мирового, всеобщего закона природы. Согласно определению Цельса, принятому многими римскими юристами, право – это искусство добра и справедливости (ars boni et aequi). Правосудие, уточнял Ульпиан, есть “познание божественных и человеческих дел, наука о справедливом и несправедливом”.

Приведенные высказывания свидетельствуют, что юристы не отделяли еще право от нравственности. Как и другие последователи стоицизма, они считали источником права мировой божественный разум.

В составе права, действовавшего в Римской империи, юристы выделяли три части: естественное право (ius naturale), право народов (ius gentium) и право граждан (ius civile).

Естественное право, по их представлениям, распространяется как на людей, так и на животных. К его установлениям относятся брак, семья и воспитание детей. По естественному праву все рождаются свободными.

Право народов, в отличие от естественного, охватывает правила, которые мировой разум установил для людей. Римляне используют это право в своих отношениях с покоренными народами и соседними государствами. Правом народов введены война, рабство, основание царств, международная торговля и другие установления.

Право граждан, или цивильное право, регулирует отношения между свободными римлянами. Цивильное право, указывал Гай, является “собственным правом государства”. Источниками этого права Папиниан называл законы, решения плебеев, постановления сената, декреты принцепса и “мнения мудрых”.

Разграничение права народов и права граждан, проведенное в римской юриспруденции, имело цель оправдать рабство, агрессивные войны и неравенство завоеванных народов по отношению к римлянам.

Право в Древнем Риме делилось на частное и публичное. По знаменитой формуле Ульпиана, публичное право относится к положению государства, частное – к пользе отдельных лиц. Частное право, считал он, включает в себя предписания права естественного, предписания права народов и предписания права цивильного.

Основное внимание юристы уделяли частному праву. В их трудах были заложены основы теории гражданского права – цивилистики. Разрешая споры по гражданским делам, юристы разграничили виды сделок, выработали формулы исков, определили правомочия собственника и других субъектов права.

К изучению публичного права римская юриспруденция обратилась в I – II вв., когда правоведы, получившие привилегию официального толкования закона, выступили в поддержку императорского режима. В публичном праве они проводили идеи неограниченных полномочий принцепса, передачи ему законодательной власти.

Вследствие рецепции римского частного права его принципы были усвоены теоретической юриспруденцией во многих странах континентальной Европы. Под влиянием римской цивилистики сложились классические правовые доктрины XVIII – XIX вв., наделившие собственника абсолютным правом распоряжаться принадлежащей ему вещью по своему усмотрению.

 

megaobuchalka.ru

_ 13. Цицерон

Литература: Буассье, Цицерон и его друзья, 1880; Андрианов, Политическая и литературная деятельность Цицерона, 1880; Андрианов, Цицерон, 1889; Voigt, Das jus naturale ets., т. I, стр. 176-226; Hildebrand, Geschichte und Sistem der Rechts - und Staatsphilosophi, стр. 537-593.

1. Странным образом, самым видным представителем философии права в Риме, стране юристов по преимуществу, явился человек, который к этому классу не принадлежал. Это знаменитый оратор Марк Туллий Цицерон (106 - 43 до Р.Хр.).

Это было время особенно благоприятное для разработки вопросов философии права. Во-первых, в этот именно момент Рим, после удачных пунических войн, обнаружил явную наклонность из небольшой городской общины, подобной греческим, превратиться во всемирное государство, раскинутое на огромном пространстве и включающее различные народности. И это именно превращение заставило сознавать непригодность старого государственного устройства и искать новых форм, более соответствующих новым условиям жизни. Этим, в свою очередь, объясняется та острая борьба партий, которая приняла в эпоху Цицерона характер террора, заставлявшего особенно настоятельно желать государственного переустройства.

Цицерон имел все внешние данные, чтобы стать выразителем общественных течений, чтобы дать ответ жадно ожидавшим выхода. Он был государственным деятелем, вращавшимся в самом вихре политической жизни. Он считался лучшим знатоком греческой философии и являлся ее популяризатором в Риме. Если он не был юристом в настоящем значении слова, все же с областью юридических вопросов он был достаточно знаком в качестве оратора.

Несмотря на все эти благоприятные условия, как со стороны общественной, так и личной, вследствие которых можно было ожидать, что Цицерон сумеет схватить течение современной мысли и даст наилучшее выражение современным стремлениям, Цицерон не оправдал таких надежд. Причина тому кроется в его личной психике. В высшей степени впечатлительный, он в то же время проявил поразительную нерешительность как в действиях, так и в мысли. Постоянное колебание составляло отличительную черту всей его жизни. Полный уважения к старым римским традициям, он более всех поддался новому влиянию греческой культуры. Он принадлежал к тем именно людям, которые, по его же выражению, ad majorum morem adventitiam doktrinam adhibuerunt*(291). В государственной деятельности Цицерон проявил поразительный политический оппортунизм, побудивший его перебегать от одной партии к другой, от одних лиц к другим. В философии Цицерон оказался чистым экклектиком и потому не занял здесь никакой твердой позиции. То он принимал учение стоиков, то преклонялся перед Платоном, то перебрасывался на сторону Аристотеля.

Молодым человеком он начал свою общественную деятельность смелой речью в защиту Росция, которой задевал всемогущего в то время Суллу. Этот демократический дебют надолго обеспечил ему доверие и поддержку со стороны народа. Но, опасаясь недовольства Суллы, Цицерон продпочел отправиться в путешествие с образовательной целью. В Афинах он проникся интересом к философии, которой занимался по преимуществу.

Смерть Суллы обеспечила Цицерону возвращение в Рим. С этого времени он весь погружается в политическую жизнь. В 63 году он делается консулом и с этого момента склоняет свои симпатии в сторону аристократии. Он выступает энергичным борцом против сделанного трибуном Сервием Руллом предложения разделить внеиталийские земли между обедневшим населением. Он же спасает отечество от таинственного заговора Катилины, предполагавшего свергнуть правительство и изменить государственный строй.

Раздраженная его изменой демократическая партия сумела отомстить при посредстве трибуна Клодия: Цицерон подвергся изгнанию. Хотя он вскоре возвращается, и даже с торжеством, но симпатии народа были утрачены навсегда. Он чувствует свое политическое отчуждение и потому обращается к мирным научным занятиям. Он возобновляет свое знакомство с философией и принимается за творчество в этой области.

В то время, однако, трудно было отрешиться от участия в общественных делах, особенно человеку, уже игравшему значительную политическую роль. В борьбе между Помпеем и Цезарем, Октавианом и Антонием Цицерон занимал нерешительное положение. Он кончил свою жизнь от руки, направленной Антонием.

II. Заслуги Цицерона в области философии могут быть сведены к тому, сто, во-первых, он возбудил в римском обществе и особенно в юристах большой интерес к греческой философии и, во-вторых, сблизил философию права в том виде, как она была разработана греческими мыслителями, с положительным правом, которое в Риме играло такую роль, какая не придавалась ему в Греции.

Но сам Цицерон был гораздо более высокого мнения о себе. Указывая на то, что греческие философы, как Платон, Аристотель были только кабинетными мыслителями и что с другой стороны государственные люди большей частью философски необразованны, Цицерон задает вопрос: нельзя ли найти человека, который был бы силен равно как в философии, так и в политике? Один из участвующих в беседе скромно высказал предположение, что такой человек находится именно среди них*(292). Конечно, это человек никто иной, как Марк Туллий Цицерон.

В действительности Цицерон был слабый философ и не менее слабый юрист.

У Цицерона нет своей оригинальной философии*(293), и он не примыкает решительно ни к какой школе. Он преклоняется перед Платоном, заимствует у него темы для трактатов по философии права, даже названия их*(294), принимает диалогическую форму изложения. По его собственному заявлению, он ближе всего примыкает к последователям Платона, известным под именем Новой Академии. Но в то же время исходным пунктом для учения о сущности права ему служит учение стоиков о природе и разуме.

Но Цицерон не приложил труда к основательному изучению юриспруденции. Он упрекал юристов в узости взгляда, в ограничении своего труда казуистикой, в отсутствии философской точки зрения. Если в этом отношении он был совершенно прав, то, с другой стороны, следует признать, что он мало оказал содействия юриспруденции в деле поднятия ее. Он даже не замечал того важного движения в развитии права, которое совершалось на его глазах*(295). Он не обратил внимания юристов на более важные общественные вопросы, чем те, которые занимали их всецело. В области частного права Цицерон, при всем своем превосходстве в образовании, не дал философского освещения отдельным вопросам, поглощавшим все внимание юристов. Чтобы повести юриспруденцию по новому пути, Цицерону следовало бы стать во главе юристов. Он этого не хотел.

III. Сочинений, относящихся к философии права, Цицерон оставил два: "О государстве", написанное в 54, и "О законах", написанное в 52 году до Р. Хр. Заглавия сочинений сами показывают, да и Цицерон не отрицает, что мы имеем здесь дело с подражанием Платону. Однако сходство заглавий не обусловливает еще сходства содержания. Платон в двух своих сочинениях дает два государственных идеала, один далее, другой ближе к действительности. Цицерон же в обоих сочинениях придерживается одного и того же идеала. Первое сочинение посвящено исследованию основ государственного устройства, второе - детали его, если не считать введения, которое имеет своей целью выяснение сущности права.

Оба сочинения дошли до нас в отрывочном виде, препятствующем воспроизвести в точности полную картину политического мировоззрения Цицерона. Но характер его обнаруживается, конечно, и в этих отрывках.

Он находит себе подтверждение и в различных других произведениях Цицерона, в "Тускуланских беседах", "Об обязанностях" и других, где по частям рассеяно много положений, относящихся к философии права.

IV. Этика Цицерона примыкает к стоицизму. "Высшее благо состоит в том, чтобы жить согласно с природой (ex natura vivere), т. е. довольствоваться малым и добродетелью; или следовать природе (naturam sequi) и жить по ее законам, т. е. не отказывать в том, чего она требует, насколько, однако, это допускает добродетель, которая прежде всего должна служить законом"*(296). Таким образом, одного руководящего начала для нравственного поведения нет: человек должен колебаться, прислушиваясь то к голосу природы, то к голосу добродетели, и разрешать их столкновение по принципу, который ему не дан.

Как настоящий римлянин, Цицерон не может примириться со стоической мыслью о необходимости и даже возможности устраняться от политической жизни. "Отечество, давая нам жизнь и воспитание, ожидает от нас вознаграждения: если оно обеспечивает нам благосостояние, то, конечно, не для того, чтобы дать нашей праздности верную охрану, нашим наслаждениям полное спокойствие. Нет, оно призывает себе на службу наши самые высокие, самые лучшие качества души, ума, и оставляет за нами один только излишек"*(297). Так говорит Цицерон языком республиканца.

V. Цицерон признает всю важность теоретической философии права, которая одна способна дать твердо определенные понятия. "Основной закон, который необходимо соблюдать в каждом рассуждении, если не хочешь заблудиться, - это определить то понятие, о котором предполагается вести исследование"*(298). Этим правилом Цицерон пользуется в своих сочинениях о государстве и о законах.

В чем же заключается сущность права?

"Сущность права следует искать не в эдикте претора, как это делает большинство наших современных юристов, и не в законах XII Таблиц, как делали древние, но только в самой глубине философии"*(299). "То, что мы называем положительным правом (jus civille), занимает очень ограниченное место в обширной области права природы (jus naturae)". А ведь основная задача, говорит, играя словами, Цицерон, состоит в том, чтобы выяснить природу права (natura juris).

Природу права надо искать в природе человека*(300). Можно было думать, что Цицерон обратится к потребностям человека. Но он прибегает к иному приему.

Человек по своей природе близок к божеству. Эту близость создает разум, который присущ только богу и человеку. Этим создается между ними связь. Но истинный разум (recta ratio) и есть тот высший закон природы, который передается человеку от божества*(301). "Закон природы есть высший разум, запечатленный в нашей природе, который предписывает, что следует делать и от чего следует воздерживаться"*(302). Что же составляет содержание права природы? Это те чувства, которые врождены человеку: чувства религии, почтения, благодарности, мести, долга, любви к истине*(303). Из этого основного положения, что сущность права заключается в велении, диктуемом природой, следуют всеобщность*(304). и неизменность его во времени*(305). Из этого же положения с очевидностью вытекает, что право независимо от человеческой воли. Поставленный греческой философией вопрос о том, является ли право человеческим установлением или даром природы, Цицерон разрешает в пользу второго мнения. "Право природы не есть плод человеческого ума, не есть постановление какого-либо народа, но нечто вечное, управляющее миром, указывающее в своей премудрости, что человеку следует делать или чего избегать"*(306).

Отсюда еще дальнейший вывод: не все то, что установлено людьми и называется ими правом, составляет право на самом деле. Значит, положительное право, насколько оно противоречит естественному, не есть право. "Вот, как это доказывается. Без сомнения, законы были созданы для блага граждан, для охранения государства, для того, чтобы сделать общежитие более спокойным и приятным. Те, кто впервые создали эти законы, наверное, говорили народу, что эти постановления, если народ захочет их принять и подчиниться им, сделают его более счастливым и благородным. Все эти постановления, таким образом, составленные и принятые, получили название законов. Отсюда можно заключить, что те, кто, вопреки своим обязанностям и обещаниям, предложили гибельные и несправедливые постановления, дали не законы, а что-то другое"*(307). "Ведь это нелепость утверждать, будто все то, что нормировано обычаями или законами, справедливо! А законы, изданные тираном? Если бы тридцать тиранов создали законы и все афиняне пришли от них в восторге, неужели законы эти стали бы от этого справедливее?"*(308). Но как отличить хороший закон от дурного? Единственное мерило - это природа, а не общественное мнение. Ведь мы признаем хорошими дерево или лошадь не потому, что таково наше мнение, а потому, что такова природа этих вещей*(309).

Таким образом, Цицерон вовсе не достигает поставленной цели - дать точное определение понятию о праве. В стране, приобретшей всемирную славу своим правом, самый видный философ остается на точке зрения греческих мыслителей, не давших сколько-нибудь точного разграничения понятий о праве и нравственности. Как у них, так и у Цицерона даже не сознается самая проблема.

VI. Ту же неясность внес Цицерон и в учение об источниках права.

Мы видели, что Цицерон признает положительное право, jus civile, лишь частью естественного права (jus naturale). Но при этом условии jus civile логически не может стоять в противоречии с природой. Между тем Цицерон сам допускает такое несоответствие. Очевидно, он имел в виду обратное положение: jus naturale составляет часть права, которым руководствуется каждый народ. Оно составляет основное ядро juris civilis. Но ввиду его всеобщности и неизменности оно должно быть одинаковым у всех народов.

Если естественное право является у всех одинаковым, то невольно возбуждается вопрос, как же понимает Цицерон соотношение между jus naturalis и jus gentium. С одной стороны, он готов отождествить их*(310). С другой стороны, в его представлении jus gentium является частью положительного права, jus civile*(311). Но, очевидно, это два совершенно разных решения на вопрос, вытекающий из окружающей действительности. Цицерон мог оперировать понятием jus naturale, как оно было уже разработано греческими философами, но он не в состоянии был справиться с самостоятельной задачей, которую ставила ему римская жизнь.

VII. Следуя своему указанию на важность словесных определений, Цицерон определяет государство как дело народное, respublica est res populi, народ же есть союз людей, связываемых общностью интересов и признанием одного и того же права*(312). Из этих двух признаков, очевидно, второй является наиболее существенным. По крайней мере, Цицерон не раз указывает, что характерным отличием государственного союза служит единство права*(313). Если бы такой признак был выдвинут греческим философом - это было бы удивительно. Но Цицерон не мог не заметить, что в римском государстве, каким оно являлось в его время, не было именно единства в праве, которым руководствовались лица, входившие в его состав. В свое оправдание Цицерон мог, конечно, сказать, что поэтому-то они и не были римскими гражданами.

В чем же обоснование государства? По мнению Цицерона, цель государства состоит в охранении имущественных интересов. Первая и основная обязанность тех, кто стоит у кормила правления, наблюдать, чтобы каждый пользовался спокойно тем, что ему принадлежит. Конечно, природа соединила людей в союзы, но строить города (государства) их побудила только надежда обеспечить за собою плоды своих трудов*(314). Причина, побудившая людей соединиться в государства, не столько слабость человека, сколько природный инстинкт*(315). Это природное стремление к соединению создало различные соединения, из которых одним является государство. Таких соединений может быть четыре. Первой формой является семейный союз, обладающий естественной способностью к размножению. Второй формой служит государство с общностью права, как характерным признаком. Третьей формой соединения следует признать нацию, т.е. совокупность лиц, пользующихся одним и тем же языком. Далее идет человечество как союз существ, одаренных разумом и речью*(316).

VIII. Под влиянием греческой философии и Цицерон ставит вопрос о наилучшем государственном устройстве и наилучших законах. Но, неспособный к высоким полетам, римский ум взял верх над приверженностью к греческим образцам. Идеал Цицерона не идет далее римской действительности.

Классифицируя различные формы правления по греческому образцу, на основании числа лиц и цели управления, Цицерон затрудняется, какой из них можно было бы отдать преимущество. Каждая из них имеет достоинства и свои недостатки. Если уже непременно выбирать, то преимущество следует отдать монархии*(317). До сих пор Цицерон стоит на точке зрения греческих философов.

Но и лучшая из всех форм правления, монархическая, не удовлетворяет его, как она не удовлетворяла Платона и Аристотеля. Цицерон решает, что наилучшая правления состоит в соединении всех трех элементов: монархического, аристократического и демократического*(318). Такую форму нечего искать в фантазии, как это делали греческие мыслители. Она дана исторической действительностью. Это государственное устройство Рима в его последовательном развитии*(319). Оно создалось не волей одного лица, хотя бы и гения, а соединенным действием многих людей и многих веков*(320). Далее этого идти некуда.

Также скромны политико-правовые идеалы Цицерона и в области отдельных законов. Подвергая критике с точки зрения естественного права постановления XII Таблиц, Цицерон пришел к заключению, что они вполне соответствуют требованиям природы*(321). В своем сочинении De legibus Цицерон подробно перечисляет желательные нормы права, и, в конце концов, заставляет одного из собеседников признать, что эти пожелания не что иное, как почти точное воспроизведение действующих законов*(322). Правда, сочинение это не дошло до нас полностью. В имеющемся отрывке сохранились лишь предлагаемые законы относительно религии и должностных лиц. Нет ничего ни о собственности, ни о семье. Можно, конечно, предполагать, что относящиеся сюда книги не дошли до нас*(323). Но едва ли не вернее будет предположить, что Цицерон и не коснулся этой области. Передать свои пожелания в этой сфере с той же подробностью, какая принята была для религиозных постановлений, требовало бы изложения действовавшего в то время гражданского права. Едва ли эта задача была по силам Цицерону, особенно в Риме, где знание положительного права стояло так высоко.

studfiles.net

Политическая и правовая теория ЦИЦЕРОНА

Поиск Лекций

 

Марк Туллий Цицерон (106 – 43гг до н. э ) был виднейшим идеологом римской аристократии в период республики. Знаменитый оратор, писатель, юрист. Личность его сложна и противоречива. Его эпоха- переломный момент в истории Рима. Рим уже стал мировой державой. Внутренняя сторона- переход от демократии к тоталитарному режиму империи.

Цицерон получил юридическое образование. Стал практикующим юристом и в 26 лет оправдал на суде отцеубийцу, затем вообще прославился победами в суде, красноречием, добился популярности. В 66 году (40 лет) стал претором, в 63 – консулом, но вскоре сошел с политической арены. Выступал против Антония после убийства Цезаря, что и послужило причиной его убийства как неугодного правителю лица. По образу мыслей он был ЭКЛЕКТИКОМ – сочетал в себе различные философские школы, выбирая из них самое необходимое. Его учение- это соединение идей стоиков и эпикурейцев, взглядов Платона и Аристотеля. Свое учение он изложил, подражая Платону, в диалогах “О государстве” и “О законах”. Некоторые аспекты государственно-правовой проблематики затрагиваются им также в сочинениях по этике (например, в трактате “Об обязанностях”) и в многочисленных речах.

Трактат о республике является учением о сущности государства и его формах. Государство – это дело народа. Народ не всякое множество людей. Народ - основанное на общности права и пользы соединение людей. Таким образом, государство - есть дело народа, как соединение многих людей связанных между собой согласием в вопросах права и общностью пользы.

Это определение не совсем верно. Например, завоеванный народ управляется против его воли. Разве не может тут быть государства. Так что Цицерон заблуждается.

Причина соединения людей в государство состоит не в беспомощности, слабости и страхе, а в свойственной людям общественности !!! Но из всякого общежития возникает потребность во власти. Всякое государство должно кем-то управляться. Если одним лицом- царем, то это монархия. Если же избранными- это аристократия(власть ОПТИМАТОВ- лучших людей). Если власть предоставлена народу- демократия (народоправство).

Он выделяет недостатки каждой формы правления. В монархии и аристократии нарушается принцип справедливости. В демократии равенство, но при нем не соблюдены степени достоинства каждого. Царская власть неизбежно вырождается в тиранию, власть оптиматов из власти лучших по мудрости и храбрости- в господство богатых, а полновластие народа – в безумство толпы, что также ведет к тиранической власти толпы. Лучше всех смешанная форма правления (в Спарте и Риме), образованная из гармоничного сочетания всех 3-х элементов: монархии, демократия, аристократии.

Вывод: государству как общему делу народа соответствует лишь такое устройство, при котором в заведовании общими делами принимают участие совместно все элементы, соединенные совместно между собой общностью права.

«О законах» – учение о естественных правах граждан. Права устанавливаются не по человеческому усмотрению, а самой природой. Под природой он понимает космос, человеческое бытие, весь окружающий мир. Разумно-духовный аспект природы и является источником права. Закон в согласии с природой является вечным законом.

Истинный и первый закон – прямой разум всевышнего Юпитера. Он присутствует всюду и является вечным. Он возникает до того, как люди объединяются в гражданские общины, его нельзя изменить ни голосованием, ни решением судьи. Постановления и законы государства должны соответствовать божественному порядку, иначе они не имеют законной силы. Если закон препятствует справедливости, то они не является законом.

Таким образом, сущность права Цицерон усматривает в истинном разуме, являющимся выражением справедливости и предписывающим людям вечные и неизменные законы.

 

Римские юристы о праве.

 

Римский юрист был юристом-практиком. И выполнял 2 функции:

1. Составление юридических документов.

Для того чтобы иск был рассмотрен в суде, его необходимо было привести в соответствующую юридическую формулу. Этим занимались жрецы- понтифики. Формулы держались в строгом секрете, т.к. они б источником их высокого положения. В 3 в до н. э. один из понтификов Гней Флавий выкрал их и опубликовал. После освобождения юристов от влияния жрецов, проявилась их творческая роль.

2. Дача юридических советов и разъяснений в том числе самим судам.

С середины 2 века до н. э. начинается эпоха responsa – квалифицированный ответ римского юриста на запрос суда. Интерпретация в то время имела нормотворческое значение, являлась самостоятельным источником права. Благодаря response юрист в Риме сравнивался с творцом правовых норм.

На закате республики, когда в ряды респодентов влились смутные личности, Август предоставил право обязательных для суда консультаций только отдельным, наиболее авторитетным, юристам. Только их объяснения с их подписью и печатью имели законную силу и могли представляться в суде. Со времен Деоклетиана юристы перестали давать такие ответы.

“Закон о цитировании юристов” : мнения первой пятерки (Гая, Папиниана, Павла, Ульпиана, Модестина) устраняли мнения других юристов. Если же имелись противоречия между ними, то преимущество имел Папиниан.

Работы римских юристов представляли собой сборники казусов, толкование законов, комментарии к судебным делам. Однако основная сила правоведа заключалась в разборе отдельного конкретного случая. Издавали учебники, чтобы дать начинающим юристам доступные представления о правовых институтах.

Существовала традиция – в юристы шли лучшие люди, наиболее образованные и талантливые. Обучение на юриста включало в себя риторику, философию, начала социальной психологии, приемы толкования и применения норм прецедента, стилистика и т.д. Юристы выходили из нобилитета и всадничества.

Наиболее удачным было учение о дисциплине, что соответствовало римским порядкам. Римские юристы-стоики не могли пройти мимо института рабства. Они утверждали, что рабство противно природе, так как все люди равны между собой.

3 вида права, действующего в Риме:

1. Естественное право

2. Право народов

3. Право цивильное

 

Естественное право – это совокупность правил, вытекающих из природы всего сущего и определяющих поведение людей и животных. И как идущее от природы оно вечно и неизменно.

Право народов – совокупность правил, которые соблюдаются у всех народов одинаково. Оно искусственно по происхождению, но равно соответствует народам по интересам.

Универсальное право- право одного народа или положительное право.

Римская юриспруденция – это целое мировоззрение. Существовало много школ.

Основные:

1.Сабинианская ( основатель – Капитон)

2.Прокулианская ( основатель – Лабион).

Различие – в методе исследования правового материала. Сабинианцы больше значения предавали внешней стороне правовых институтов. Прокулианцы – внутреннему основанию, целям. Сабинианцы за “букву” положительного права. Прокулианцы допускали больше свободного толкования норм, т.е. следовали духу закона.

Римские юристы дали определение праву. Ульпиан делил право на публичное и частное. Ульпиан определил, что публичное право –это право, которое относиться к положению всего римского государства. Частное же служит пользе отдельных лиц. «Право есть наука о добром и справедливом». Выделили такую категорию как “норма права”, разделили право процессуальное и материальное.

Существовала теория фикции или презумпций. Данная теория служила при необходимости корректировки права, то есть когда какой-либо фундаментальный институт входил в противоречие с доброй совестью справедливостью. Данная теория действует до сих пор.

Вообще обращение римского права к справедливости и совести привело, что при коллизии права и справедливости, нужно отдавать предпочтение последней. Теория правовой презумпции распространялась на все отрасли права. В Гражданском Праве – двусмысленность договора должна толковаться в пользу должника.

В УП, УПП – всегда предполагается добросовестность, если не доказан злой умысел. Каждый считается честным, пока не доказано обратное.

Сентенция Павла – закон УП следует толковать ограничительно. Без вины – нет ответственности!

После 3 века до н.э. начинается упадок классической римской юриспруденции. Основным источником деятельности становиться законодательная деятельность императора. Это время было значительно беднее на юридические сомнения. Юридическая профессия теряет престижность, юридическая терминология теряет точность.

 

poisk-ru.ru

§ 2. Политические и правовые учения рабовладельческой аристократии. Цицерон. Римские юристы : История политических и правовых учений

В римском рабовладельческом обществе господствующее положение занимала землевладельческая аристократия. По мере укрепления своих позиций она оттесняла как старую наследственную знать, так и зажиточную верхушку торгово-промышленных слоев. Если в государствах-полисах политические конфликты среди свободных определялись главным образом столкновениями между родовитой знатью и лагерем демократии, то теперь, с утверждением частной собственности на землю, решающим становится противоборство крупных и мелких земельных собственников.

Виднейшим идеологом римской аристократии в период республики был знаменитый оратор Марк Туллий Цицерон (106–43 гг. до н.э.). Свое политико-правовое учение он изложил, подражая Платону, в диалогах “О государстве” и “О законах”. Некоторые аспекты государственно-правовой проблематики затрагиваются им также в сочинениях по этике (например, в трактате “Об обязанностях”) и в многочисленных речах.

Цицерон исходит из общих для всех сторонников аристократии представлений о естественном происхождении государства. Следуя Аристотелю и стоикам, он утверждал, что гражданские общины возникают не по установлению, а от природы, ибо люди наделены богами стремлением к общению. Первой причиной для объединения людей в государство послужила “не столько их слабость, сколько, так сказать, врожденная потребность жить вместе”. В духе аристократических учений своего времени Цицерон настаивал на том, чтобы государственная власть была вручена мудрецам, способным приблизиться к постижению мирового божественного разума. Государство могло бы стать вечным, уверял мыслитель, если бы люди жили по заветам и обычаям отцов. Целью государства, согласно его концепции, является охрана имущественных интересов граждан.

Аналогичным образом решаются им и вопросы, касающиеся происхождения и сущности права. “Истинный и первый закон, способный приказывать и воспрещать, есть прямой разум всевышнего Юпитера”, – утверждал Цицерон. Этот высший, естественный и неписаный закон возникает задолго до того, как люди объединились в гражданские общины, и его нельзя изменить голосованием народа или решением судей (здесь – откровенный выпад против учений рабовладельческой демократии). Законы государства должны соответствовать установленному в природе божественному порядку – в противном случае они не имеют законной силы. На страже божественного естественного закона обязаны стоять жрецы. Возникновение права, подчеркивал Цицерон, “следует выводить из понятия закона. Ибо закон есть сила природы, он – ум и сознание мудрого человека, он – мерило права и бесправия”. Права мудрых и достойных граждан, включая право собственности, вытекают непосредственно из природы, из естественного закона.

Сквозь этот строй типично аристократических представлений пробиваются вместе с тем ростки принципиально иной доктрины. В явном противоречии с собственными исходными положениями Цицерон утверждал, что государство является не только естественным организмом, но и искусственным образованием, “народным установлением”. Цицерон признает равенство всех людей от природы и возможность достижения мудрости каждым, кто получит образование. Имущественные и социальные различия между людьми, с этой точки зрения, возникают не от рождения, а в силу установившихся в обществе отношений. “Частной собственности, – заявлял Цицерон, полемизируя с последователями Аристотеля, – не бывает от природы”. Она возникает на основании либо давнишнего завладения, либо победы в войне, либо закона и соглашения. Положительно оценивая значение богатства и договоров в жизни общества, Цицерон приходит к выводу, что государство “держится на кредите”.

Эти и другие подобные им положения были заимствованы мыслителем из идеологии полисной демократии. Развивая их, Цицерон определяет государство (res publica) как дело народа, где под народом понимается “соединение многих людей, связанных между собой согласием в вопросах права и общностью интересов”. В трактовке Цицерона право выступает основой государства, его определяющим началом. Государство в таком понимании оказывается уже не только моральным сообществом свободных граждан (каким оно представлялось Платону и Аристотелю), но и правовым сообществом. Предложенное Цицероном понятие государства сыграло значительную роль в последующем развитии политико-правовой теории.

Цицерон, говоря о народе в своем определении государства, имел в виду исключительно землевладельцев и крупных торговцев. Об этом красноречиво свидетельствует приводимый в трактате “Об обязанностях” перечень занятий и профессий, не достойных свободного человека. Цицерон относит к числу презренных людей ростовщиков, мелких торговцев, владельцев ремесленных мастерских, а также всех трудящихся. С такими людьми, занятыми “грязным делом”, у достойных граждан не может быть никаких общих интересов.

Политический идеал Цицерона – аристократическая сенатская республика. В общетеоретическом плане он обосновывает свой идеал учением о смешанной форме правления. Ссылаясь на греческих мыслителей, Цицерон различает три основные формы государства: царскую власть –- монархию, власть оптиматов – аристократию и власть народа – демократию. Среди них лучшей, по мнению Цицерона, является монархия. Каждая из этих простых форм власти неизбежно вырождается, что приводит к возникновению таких порочных состояний государства, как тирания, господство клики богатых и власть толпы (черни). Порочные состояния, собственно, не являются уже формами государства, поскольку там царят произвол и насилие, и, следовательно, распадается само государство как объединение свободных граждан.

Наиболее совершенной и устойчивой формой правления Цицерон считал смешанное государство, сочетающее начала монархии, аристократии и демократии. К такому строю, по его мнению, приближалась Римская республика во времена “отцов” и “дедов”. Монархические начала были представлены в ней властью консулов, аристократические – правлением сената, демократические - народным собранием и властью трибунов. В этой части учение Цицерона не выходило за рамки древнегреческих концепций круговорота государственных форм (Платон, Полибий) и политических идеалов знати, требовавшей реставрации староустойных порядков.

Цицерон творил в период становления Римской империи. Поддерживая и одобряя захватнические войны Рима, Цицерон отказывается от идеалов замкнутого, самодовлеющего полиса. Под влиянием стоиков он пропагандирует идеи космополитизма и мирового государства.

В правовой теории переход к империи нашел отражение в представлениях о составе и разновидностях права, действующего в римском государстве. Сочинения Цицерона являются самыми ранними произведениями римской литературы, где проводится различие между естественным правом, правом народов и правом римских граждан.

Правовые воззрения рабовладельческой аристократии получили свое практическое воплощение в деятельности римских юристов.

Светская юриспруденция как самостоятельная отрасль знаний сложилась в Древнем Риме во II–I вв. до н.э. По своему характеру и направленности она явилась специфическим порождением идеологии тех слоев рабовладельческой знати, которые были заинтересованы в усилении правовой охраны частной собственности и в то же время выступали против расширения законодательной деятельности государства в сфере имущественных отношений, полагаясь больше на советы и консультации немногих избранных юристов (“право мудрых”), чем на писаный закон.

Расцвет римской юриспруденции приходится на эпоху ранней империи (I в. до н.э. – III в. н.э.). В этот период императоры, стремясь ограничить законодательную власть сената, предоставляют наиболее выдающимся юристам право давать разъяснения и толкования действующих правовых норм, обязательные для всех должностных лиц и судей. Разъяснения правоведов приравниваются тем самым к закону. Со второй половины III в., когда законодательная власть сосредоточивается в руках императоров, пожалование такой привилегии прекращается, и римская юриспруденция приходит в упадок.

К числу самых известных юристов периода ранней империи принадлежали Гай, Папиниан, Павел, Ульпиан и Модестин. Пространные выдержки из написанных ими сочинений содержат Дигесты Юстиниана.

Понятие права юристы выводили, подобно Цицерону, из стоической идеи мирового, всеобщего закона природы. Согласно определению Цельса, принятому многими римскими юристами, право – это искусство добра и справедливости (ars boni et aequi). Правосудие, уточнял Ульпиан, есть “познание божественных и человеческих дел, наука о справедливом и несправедливом”.

Приведенные высказывания свидетельствуют, что юристы не отделяли еще право от нравственности. Как и другие последователи стоицизма, они считали источником права мировой божественный разум.

В составе права, действовавшего в Римской империи, юристы выделяли три части: естественное право (ius naturale), право народов (ius gentium) и право граждан (ius civile).

Естественное право, по их представлениям, распространяется как на людей, так и на животных. К его установлениям относятся брак, семья и воспитание детей. По естественному праву все рождаются свободными.

Право народов, в отличие от естественного, охватывает правила, которые мировой разум установил для людей. Римляне используют это право в своих отношениях с покоренными народами и соседними государствами. Правом народов введены война, рабство, основание царств, международная торговля и другие установления.

Право граждан, или цивильное право, регулирует отношения между свободными римлянами. Цивильное право, указывал Гай, является “собственным правом государства”. Источниками этого права Папиниан называл законы, решения плебеев, постановления сената, декреты принцепса и “мнения мудрых”.

Разграничение права народов и права граждан, проведенное в римской юриспруденции, имело цель оправдать рабство, агрессивные войны и неравенство завоеванных народов по отношению к римлянам.

Право в Древнем Риме делилось на частное и публичное. По знаменитой формуле Ульпиана, публичное право относится к положению государства, частное – к пользе отдельных лиц. Частное право, считал он, включает в себя предписания права естественного, предписания права народов и предписания права цивильного.

Основное внимание юристы уделяли частному праву. В их трудах были заложены основы теории гражданского права – цивилистики. Разрешая споры по гражданским делам, юристы разграничили виды сделок, выработали формулы исков, определили правомочия собственника и других субъектов права.

К изучению публичного права римская юриспруденция обратилась в I – II вв., когда правоведы, получившие привилегию официального толкования закона, выступили в поддержку императорского режима. В публичном праве они проводили идеи неограниченных полномочий принцепса, передачи ему законодательной власти.

Вследствие рецепции римского частного права его принципы были усвоены теоретической юриспруденцией во многих странах континентальной Европы. Под влиянием римской цивилистики сложились классические правовые доктрины XVIII – XIX вв., наделившие собственника абсолютным правом распоряжаться принадлежащей ему вещью по своему усмотрению.

www.adhdportal.com

ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ УЧЕНИЯ РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКОЙ АРИСТОКРАТИИ В ДРЕВНЕМ РИМЕ. ЦИЦЕРОН. РИМСКИЕ ЮРИСТЫ

Поиск Лекций

 

История древнеримской политической и правовой мысли охватывает целое тысячелетие и в своей эволюции отражает существенные изменения в социально-экономической и политико-правовой жизни Древнего Рима за долгое время. Саму историю Древнего Рима принято делить на три периода: царский (754–510 гг. до н. э.), республиканский (509-28 гг. до н. э.), императорский (27 г. до н. э. – 476 г. н. э.). Причем единая Римская империя в 395 г. н. э. была окончательно разделена на Западную (столица – Рим) и Восточную (столица – Константинополь) империи, и последняя (Восточная Римская, Византийская империя) просуществовала до 1453 г. Политико-правовые институты и воззрения в Древнем Риме развивались на протяжении долгой истории в условиях острой борьбы между различными слоями населения – патрициями и плебеями, нобилитетом (из патрициев и богатых плебеев) и неимущими, оптиматами (приверженцами верхов общества) и популярами (сторонниками свободных низов), свободными и рабами. В общетеоретическом плане древнеримская политико-правовая мысль находилась под заметным воздействием соответствующих древнегреческих концепций. Примечательно, что, когда в середине V в. до н. э. плебеи потребовали составления писаного законодательства, в Грецию были направлены римские посланцы для ознакомления с греческим законодательством и особенно с законами Солона. Результаты этого ознакомления были использованы при составлении важного источника древнеримского права – знаменитых Законов XII таблиц (первые десять таблиц были приняты в 451 г. до н. э., две последние – составлены и приняты в 450–449 гг. до н. э.). Значительное влияние на древнеримских авторов оказали взгляды Сократа, Платона, Аристотеля, эпикурейцев, стоиков, Полибия и многих других греческих мыслителей.

Так, общефилософские воззрения Демокрита и Эпикура, представления Демокрита о прогрессивном развитии людей от первоначального естественного состояния до создания упорядоченной политической жизни, государства и законов, мысль Эпикура о договорном характере государства и права были восприняты и развиты Титом Лукрецием Каром (99–55 гг. до н. э.) в его известной поэме «О природе вещей».

В своих теоретических построениях римские авторы использовали естественно-правовые идеи греческих мыслителей, их учения о политике и политической справедливости, о формах государства, о «смешанной» форме правления и т. д.

Римские авторы не ограничивались лишь простым заимствованием положений своих предшественников, а развивали их дальше с учетом специфических социально-политических условий и задач римской действительности. Например, характерная для древнегреческой мысли идея взаимосвязи политики и права получила свое дальнейшее развитие и новое выражение в трактовке Цицероном государства как публично-правовой общности. Представление греческих стоиков о свободном индивиде было использовано римскими авторами (Цицероном и юристами) при создании, по существу, новой концепции – понятия юридического лица (правовой личности, персоны).

Значительным достижением древнеримской мысли было создание самостоятельной науки – юриспруденции. Римские юристы тщательно разработали обширный комплекс политико-правовой проблематики в области общей теории государства и права, а также отдельных юридических дисциплин (гражданского права, государственного и административного права, уголовного права, международного права).

Марк Туллий Цицерон (106-43 гг. до н. э.) – знаменитый римский оратор, юрист, государственный деятель и мыслитель. В его обширном творчестве значительное внимание уделено проблемам государства и права. Специально эти вопросы освещены в его работах «О государстве» и «О законах». Целый ряд политико-правовых проблем рассматривается и в других его произведениях (например, в работе «Об обязанностях»), а также в его многочисленных политических и судебных речах. Теоретические воззрения Цицерона в области государства и права находятся под заметным влиянием древнегреческой мысли, и прежде всего учений Платона, Аристотеля, Полибия и стоиков.

Государство Цицерон определяет как дело, достояние народа. При этом он подчеркивает, что «народ не любое соединение людей, собранных вместе каким бы то ни было образом, а соединение многих людей, связанных между собою согласием в вопросах права и общностью интересов». Основную причину происхождения государства Цицерон видел не столько в слабости людей и их страхе (точка зрения Полибия), сколько в их врожденной потребности жить вместе. Разделяя в этом вопросе позицию Аристотеля, Цицерон отвергал широко распространенные в его время представления о договорном характере возникновения государства. В русле традиций древнегреческой мысли Цицерон уделял большое внимание анализу различных форм государственного устройства, возникновению одних форм из других. Критерии различения форм государственного устройства Цицерон усматривал в «характере и воле» тех, кто правит государством. В зависимости от числа правящих он различал три простые формы правления: царскую власть, власть оптиматов (аристократию) и народную власть (демократию).

Основной порок простых форм государства состоит, согласно Цицерону, в том, что все они неизбежно, в силу присущей им односторонности и неустойчивости, находятся на «обрывистом и скользком пути», ведущем к несчастью. Царская власть, чреватая произволом единовластного правителя, легко вырождается в тиранию, а власть оптиматов из власти наилучших (по мудрости и доблести) превращается в господство клики богатых и знатных. Соответственно и полновластие народа, по оценке Цицерона, приводит к пагубным последствиям, к «безумию и произволу толпы», к ее тиранической власти. Предотвратить подобное вырождение государственности, по мнению Цицерона, можно лишь в условиях наилучшего (т. е. смешанного) вида государственного устройства, образуемого путем равномерного смешения положительных свойств трех простых форм правления. В качестве важнейших достоинств такого государственного строя Цицерон отмечал прочность государства и правовое равенство его граждан. В своей деятельности Цицерон в целом оставался верен основным идеям и принципам той теоретической концепции государства, которую он развивал в своем политическом учении. Ключевая роль и там и тут отводилась представлениям об «общем благе», «согласовании интересов», «общем правопорядке» и т. д. При этом, разумеется, имелись в виду интересы свободных сословий и граждан римской республики, но вовсе не рабов.

Рабство, по Цицерону, «справедливо потому, что таким людям рабское состояние полезно и это делается им на пользу, когда делается разумно; то есть, когда у бесчестных людей отнимут возможность совершать беззакония, то угнетенные окажутся в лучшем положении, между тем как они, не будучи угнетены, были в худшем». Рабство обусловлено самой природой, которая дарует лучшим людям владычество над слабыми для их же пользы. Такова логика рассуждений Цицерона, которые он стремится подкрепить соображениями о соотношении различных частей души: господин так же правит рабом, как лучшая часть души (разум, мудрость) правит слабыми и порочными частями души (страстями, гневом и т. п.).

В Древнем Риме занятие правом первоначально было делом понтификов, одной из коллегий жрецов. Ежегодно один из понтификов сообщал частным лицам позицию коллегии по правовым вопросам. Около 300 г. до н. э. юриспруденция освобождается от понтификов. Начало светской юриспруденции согласно преданию связано с именем Гнея Флавия. Будучи вольноотпущенником и писцом видного государственного деятеля Аппия Клавдия Цека, он похитил и опубликовал составленный последним сборник юридических формул, употреблявшихся по закону в процессе. В начале II в. до н. э. Секст Элий Пет, видный государственный деятель, дополнил сборник Флавия новыми исковыми формулами. Он опубликовал и другую книгу, в которой соединил Законы XII таблиц с комментариями юристов и вековыми формулами. В середине II в. до н. э. значительный вклад в развитие юриспруденции, особенно гражданского права, внесли М. Манилий, П. Муций Сцевола и М. Юний Врут. Первый комментарий к преторскому эдикту написал Сервий Сульпиций Руф (консул 51 г. до н. э.). Из большого числа известных юристов классического периода наиболее выдающимися были Гай (II в.), Папиниан (II–III вв.), Павел вв.), Ульпиан вв.) и Модестин вв.). Специальным законом Валентиниана III (426 г.) о цитировании юристов положениям этих пяти юристов была придана законная сила. При разноречиях между их мнениями спор решался большинством, а если и это было невозможно, то предпочтение отдавалось мнению Папиниана.

Основное внимание римские юристы уделяли разработке проблем частного права, и прежде всего цивильного права. Юрист Гай трактовал цивильное право как право, установленное у того или иного народа (например, у римлян, греков и т. д.). Эта трактовка дополняется у Папиниана указанием источников цивильного права – законов, плебисцитов сенатускон-сультов, декретов принцепсов, положений ученых юристов. В качестве источника «дополнения и исправления цивильного права» характеризуется им претор-ское право. В этом же духе Марциан называл претор-ское право «живым голосом цивильного права».

В области цивильного права римские юристы обстоятельно разработали вопросы собственности, семьи, завещаний, договоров, правовых статусов личности и т. д. Особой тщательностью отличается их освещение имущественных отношений с позиций защиты интересов частного собственника. Объектом собственности наряду с животными и другими вещами являются согласно римскому праву и учению юристов также и рабы. Право народов, как его понимали римские юристы, включало в себя как правила межгосударственных отношений, так и нормы имущественных и иных договорных отношений римских граждан с неримлянами (перегринами). В своей значительной части это право народов создавалось под влиянием эдиктов магистратов, обладавших правом юрисдикции в отношении перегринов, а также императорских конституций и правотворческой деятельности юристов. Все это обеспечило взаимодействие и взаимовлияние норм цивильного права и права народов, превращение последнего в такую ветвь римского права, которая защищала политические позиции римского государства и частные интересы римлян в их отношениях с неримскими народами и отдельными лицами. Право народов содержало целый ряд норм международно-правового характера. Согласно праву народов море является «общим для всех». Понятие «враги» используется у Гая и Помпония для обозначения лишь тех, кому римлянами публично объявлена война или кто сам публично объявил войну римлянам.

Творчество римских юристов оказало большое влияние на последующее развитие правовой мысли. Это обусловлено как высокой юридической культурой римской юриспруденции, так и той ролью, которая выпала на долю римского права (процесс его рецепции и т. д.) в дальнейшей истории права.

 



poisk-ru.ru

2. Цицерон. История политических и правовых учений: Учебник для вузов

Марк Туллий Цицерон (106—43 до н. э.) — знаменитый римский оратор, политический деятель и писатель. В его обширном творчестве значительное внимание уделено проблемам государства и права. Специально эти вопросы освещены в работах «О государстве» и «О законах». Целый ряд политико-правовых проблем рассматривается и в других его произведениях (например, в работе «Об обязанностях»), а также в многочисленных политических и судебных речах.

Теоретические воззрения Цицерона в области государства и права находятся под заметным влиянием древнегреческой мысли, и прежде всего учений Платона, Аристотеля, Полибия и стоиков. Вместе с тем это «иноземное» влияние Цицерон как патриот Рима и практический политик стремился соединить и согласовать с собственно римскими традициями в области государственно-правовой практики и политико-правовой мысли, с самобытной историей римского государства и права, с реальной обстановкой и актуальными задачами современной ему социальной и политической действительности. В целом творческое использование идей предшественников в политико-правовом учении Цицерона сочетается с развитием им ряда оригинальных и новых положений в области теории государства и права.

Государство (respublica) Цицерон определяет как дело, достояние народа (respopuli). При этом он подчеркивает, что «народ не любое соединение людей, собранных вместе каким бы то ни было образом, а соединение многих людей, связанных между собою согласием в вопросах права и общностью интересов». Тем самым государство в трактовке Цицерона предстает не только как выражение общего интереса всех его свободных членов, что было характерно и для древнегреческих концепций, но одновременно также и как согласованное правовое общение этих членов, как определенное правовое образование, «общий правопорядок». Таким образом, Цицерон стоит у истоков той юридизации понятия государства, которая в последующем имела много приверженцев, вплоть до современных сторонников идеи «правового государства».

Основную причину происхождения государства Цицерон видел не столько в слабости людей и их страхе (точка зрения Полибия), сколько в их врожденной потребности жить вместе. Разделяя в этом вопросе позицию Аристотеля, Цицерон отвергал широко распространенные в его время представления о договорном характере возникновения государства.

Влияние Аристотеля заметно и в трактовке Цицероном роли семьи как первоначальной ячейки общества, из которой постепенно и естественным путем возникает государство. Он отмечал изначальную связь государства и собственности и разделял положение стоика Панетия о том, что причиной образования государства является охрана собственности. Нарушение неприкосновенности частной и государственной собственности Цицерон характеризует как осквернение и нарушение справедливости и права.

Возникновение государства (также и права) не по мнению и произволу людей, а согласно всеобщим требованиям природы, в том числе и согласно велениям человеческой природы, в трактовке Цицерона означает, что по своей природе и сущности они (государство и право) носят божественный характер и основаны на всеобщем разуме и справедливости. Изучение всей природы, отмечал Цицерон, приводит к пониманию того, что «всем этим миром правит разум». Данное положение, сформулированное еще древнегреческим философом Анаксагором, используется Цицероном для обоснования своего понимания «природы» как обусловленного и пронизанного божественной волей всеобщего источника разумных и справедливых установлений и действий людей. Именно благодаря тому, что люди самой природой наделены «семенами» разума и справедливости и, следовательно, им доступно постижение божественных начал, стало возможным само возникновение упорядоченного человеческого общения, добродетелей, государства и права.

Разум — высшая и лучшая часть души, «царский империй», обуздывающий все низменные чувства и страсти в человеке (алчность, жажду власти и славы и т. д.), «мятеж души». Поэтому, писал Цицерон, «при господстве мудрости нет места ни для страстей, ни для гнева, ни для необдуманных поступков».

В русле традиций древнегреческой мысли Цицерон уделял большое внимание анализу различных форм государственного устройства, возникновению одних форм из других, «круговороту» этих форм, поискам «наилучшей» формы и т. д.

Критерии различения форм государственного устройства Цицерон усматривал в «характере и воле» тех, кто правит государством. В зависимости от числа правящих он различал три простые формы правления: царскую власть, власть оптиматов (аристократию) и народную власть (демократию). «И вот, когда верховная власть находится в руках у одного человека, мы называем этого одного царем, а такое государственное устройство — царской властью. Когда она находится в руках у выборных, то говорят, что эта гражданская община управляется волей оптиматов. Народной же (ведь ее так и называют) является такая община, в которой все находится в руках народа».

Все эти простые формы (или виды) государства несовершенны и ненаилучшие, но они, по Цицерону, все же терпимы и могут быть вполне прочны, если только сохраняются те основы и связи (в том числе и правовые), которые впервые накрепко объединили людей в силу их общего участия в создании государства. Каждая из этих форм имеет свои достоинства и недостатки. В случае, если бы предстоял выбор среди них, предпочтение отдается царской власти, а на последнее место ставится демократия. «Благоволением своим, — пишет Цицерон, — нас привлекают к себе цари, мудростью — оптиматы, свободой — народы». Перечисленные достоинства разных форм правления, по мысли Цицерона, могут и должны быть в их совокупности, взаимосвязи и единстве представлены в смешанной (а потому и наилучшей) форме государства. В простых же формах государства эти достоинства представлены односторонне, что и обусловливает недостатки простых форм, ведущие к борьбе между различными слоями населения за власть, к смене форм власти, к их вырождению в «неправильные» формы.

Так, при царской власти, пояснял Цицерон, все прочие люди отстранены от участия в принятии решений и законов; народ не пользуется свободой и отстранен от власти и при господстве оптиматов. При демократии же, «когда все вершится по воле народа, то, как бы справедлив и умерен он ни был, все- таки само равенство это несправедливо, раз при нем нет ступеней в общественном положении».

Основной порок простых форм государства состоит, согласно Цицерону, в том, что все они неизбежно, в силу присущей им односторонности и неустойчивости, находятся на «обрывистом и скользком пути», ведущем к несчастью. Царская власть, чреватая произволом единовластного правителя, легко вырождается в тиранию, а власть оптиматов из власти наилучших (по мудрости и доблести) превращается в господство клики богатых и знатных. Хотя такая власть и продолжает ошибочно именоваться правлением оптиматов, но на деле, замечает Цицерон, «нет более уродливой формы правления, чем та, при которой богатейшие люди считаются наилучшими». Соответственно и полновластие народа, по оценке Цицерона, приводит к пагубным последствиям, к «безумию и произволу толпы», к ее тиранической власти.

Эти уродливые виды властвования (тирания единоличного владыки или толпы, господство клики) уже не являются, согласно Цицерону, формами государства, поскольку в таких случаях вовсе отсутствует само государство, понимаемое как общее дело и достояние народа, отсутствуют общие интересы и общеобязательное для всех право.

Предотвратить подобное вырождение государственности, по мнению Цицерона, можно лишь в условиях наилучшего (т. е. смешанного) вида государственного устройства, образуемого путем равномерного смешения положительных свойств трех простых форм правления. «Ибо, — подчеркивал он, — желательно, чтобы в государстве было нечто выдающееся и царственное, чтобы одна часть власти была уделена и вручена авторитету первенствующих людей, а некоторые дела были предоставлены суждению и воле народа». В качестве важнейших достоинств такого государственного строя Цицерон отмечал прочность государства и правовое равенство его граждан.

Как путь к смешанной форме правления Цицерон (вслед за Полибием) трактовал эволюцию римской государственности от первоначальной царской власти к сенатской республике. При этом аналогию царской власти он видел в полномочиях магистратов (и, прежде всего, консулов), власти оптиматов — в полномочиях сената, народной власти — в полномочиях народных собраний и народных трибунов. В этой связи Цицерон восхищался дальновидностью и мудростью «предков», создавших такую разумную форму государства, и призывал твердо придерживаться их политических заветов. Подчеркивая опасность крена в сторону того или иного начала смешанной государственности и выступая за их взаимное равновесие, он подчеркивал необходимость «равномерного распределения прав, обязанностей и полномочий — с тем чтобы достаточно власти было у магистратов, достаточно влияния у совета первенствующих людей и достаточно свободы у народа».

Достоинства государственного устройства Рима — это, по оценке Цицерона, плод многовекового опыта всего римского народа, а не создание отдельного одаренного лица, от которого обязательно что-то ускользает. В отличие от Рима в других государствах формы правления создавали на основе своих законов и установлений отдельные лица (например, Минос — на Крите; Ликург — в Спарте; Тесей, Драконт, Солон, Клисфен, Деметрий Фалерский — в Афинах и т. д.).

Значительное преимущество Рима, полагал Цицерон, обусловлено географическим расположением города на суше, легко соединяющейся (благодаря Тибру) с морем, но не у самого моря. Это, по мысли Цицерона, гарантирует от внезапного нападения врагов, чему обычно подвержены приморские города- государства. Кроме того, отмеченный географический фактор благоприятен и в нравственно-этическом плане. «Приморским городам, — писал Цицерон, — свойственны, так сказать, порча и изменение нравов; ибо они приходят в соприкосновение с чужим языком и чужими порядками, и в них не только ввозятся чужеземные товары, но и вносятся чуждые нравы, так что в их отечественных установлениях ничто не может оставаться неизменным в течение долгого времени». Политическим следствием близости города-государства к морю являются нестабильность его строя, частая смена власти. Так, причину бедствий и переворотов, происшедших в Греции, Цицерон усматривает в географических недостатках, связанных с приморским расположением эллинских полисов.

Свою концепцию наилучшей (смешанной) формы государства, в отличие от платоновских проектов идеального государства, Цицерон считал реально осуществимой, подразумевая при этом практику римской республиканской государственности в лучшую пору ее существования («при предках»). Платоновское же государство — это, скорее, не реальность, а лишь желание, оно «не такое, какое могло бы существовать, а такое, в каком было бы возможно усмотреть разумные основы гражданственности».

Правда, Цицерон отдавал себе отчет в том, что реальность восхваляемого им римского смешанного государственного строя скорее в прошлом, чем в настоящем. Отсюда и его многочисленные апелляции к этому прошлому. Во времена Цицерона римская республика переживала тяжелый кризис и доживала свои последние дни. Политический строй Рима двигался к установлению единоличной власти, к принципату и монархии. Концепция же Цицерона о смешанном правлении и вообще его суждения о государстве как деле народа явно расходились с современными ему социально-политическими реалиями и действительными тенденциями развития римской государственности. Как теоретик и практический политик, находившийся в гуще тогдашней борьбы за власть, Цицерон не мог не видеть тенденцию к перегруппировке сил и власти, к отливу реальных полномочий от прежних республиканских институтов и их концентрации в руках отдельных лиц, и прежде всего тех, кто опирался на армию. Об этом красноречиво говорили примеры возвышения Суллы, Помпея, Цезаря, Антония, Октавиа- на и др.

В своем творчестве и в своей практической политической деятельности (в качестве квестора, сенатора, эдила, претора и консула) Цицерон последовательно выступал за строй сенатской республики, против полновластия отдельных лиц, в том числе и против режима личной военной диктатуры.

Смысл «срединного» характера политической позиции Цицерона состоял в том, что он, отстаивая республиканские традиции и систему республиканских учреждений, выступал под лозунгом «всеобщего согласия» всех социальных слоев римских граждан в рамках «общего правопорядка». Эта «срединная» позиция отчетливо проявилась и в политическом лавировании Цицерона между «оптиматами» и «популярами» — приверженцами, условно говоря, двух линий политической ориентации соответственно на верхи и низы общества. Сознавая различие целей оптиматов и популяров, Цицерон вместе с тем развивал представление о том, что подлинные интересы тех и других вполне могут быть соединены и учтены в рамках «общего согласия» и «общего блага». Себя Цицерон, после избрания его на народном собрании консулом, аттестовал (не без демагогии) как истинного защитника народа, как консула-популяра.

С этой позиции «истинного популяра» и борца за «всеобщее согласие» и благо государства он атаковал своих политических противников, в частности таких лжепопуляров, по его оценке, как Рулл, Катил и на, Клодий. За его ведущую роль по подавлению «заговора Катилины» Цицерон получил от народного собрания благодарность и почетный титул «отец отечества». Это было в 63 г. до и. э., а в 58 г. до и. э. при трибунате Клодия Цицерон был вынужден покинуть Рим, куда он снова возвратился лишь через 17 месяцев, когда Клодий потерял свое влияние. В конце 50-х гг. до н. э. Цицерон выступал против всевластия триумвиров (Помпея, Цезаря и Красса) и возможной военной диктатуры. В 40-х гг. до н. э. установление режима личной власти Цезаря он расценил как «ночь республики», «утрату свободы в государстве» и тиранию. Убийство Цезаря (44 до н. э.) он встретил с радостью. Хотя Цицерон и не был в числе заговорщиков, однако последние считали его своим идеологом и после убийства Цезаря в сенате выкрикивали «Цицерон!» в знак восстановления свободы.

Конец жизни и деятельности Цицерона (44—43 до н. э.) прошел в борьбе против новой опасности военной диктатуры и новых триумвиров (Антония, Октавиана и Лепида). В этой борьбе Цицерон, выступавший против диктатуры от имени «всей Италии» и всех сторонников республики, играл, по словам Аппиана, роль «единовластного демагога». После победы триумвиров имя Цицерона было включено в проскрипционные списки лиц, подлежащих смерти без суда. 7 декабря 43 г. до н. э. Цицерон был обезглавлен сторонниками триумвиров.

С учетом специфики практической политики и ее особой логики следует все же признать, что в своей деятельности Цицерон в целом оставался верен основным идеям и принципам той теоретической концепции государства, которую он развивал в своем политическом учении. Ключевая роль и там и тут отводилась представлениям об «общем благе», «согласовании интересов», «общем правопорядке» и т. д.

При этом, разумеется, имелись в виду интересы свободных сословий и граждан римской республики, но вовсе не рабов.

Рабство, по Цицерону, «справедливо потому, что таким людям рабское состояние полезно и это делается им на пользу, когда делается разумно; то есть, когда у бесчестных людей отнимут возможность совершать беззакония, то угнетенные окажутся в лучшем положении, между тем как они, не будучи угнетены, были в худшем». Рабство обусловлено самой природой, которая дарует лучшим людям владычество над слабыми для их же пользы. Такова логика рассуждений Цицерона, которые он стремится подкрепить соображениями о соотношении различных частей души: господин так же правит рабом, как лучшая часть души (разум, мудрость) правит слабыми и порочными частями души (страстями, гневом и т. п.). К рабам, считал Цицерон, следует относиться, как к наемникам: требовать от них соответствующей работы и предоставлять им то, что полагается.

Хотя характеристика раба как «наемника» выгодно отличается от распространенных в то время представлений о рабе как «говорящем орудии», однако в целом суждения Цицерона по этой проблеме заметно расходятся с его общими положениями о том, что по природе «все мы подобны и равны друг другу», что между людьми никакого различия нет, что человек — «гражданин всего мира, как бы единого града» и т. д.

Много внимания в творчестве Цицерона уделено восхвалению добродетелей истинного государственного деятеля и идеального гражданина. В этой связи он критиковал представления эпикурейцев и ряда стоиков о том, что мудрому человеку не следует принимать на себя бразды правления и вообще активно участвовать в общественной и политической жизни. Считая управление государством сочетанием науки и искусства, требующим не только знаний и добродетелей, но и умения практически их применять в интересах общего блага, Цицерон отмечал, что «сама природа» влечет лучших людей к тому, чтобы «сделать жизнь людей более безопасной и более богатой». Он советовал изучать науки о государстве и праве как «такие науки, которые могут сделать нас полезными государству», усматривая в этом служении государству «самую славную задачу мудрости и величайшее проявление доблести и ее обязанность».

Мудрый государственный деятель, согласно Цицерону, должен видеть и предугадывать пути и повороты в делах государства, чтобы воспрепятствовать неблагоприятному ходу событий (смене форм правления в пагубную сторону, отклонению от общего блага и справедливости) и всячески содействовать прочности и долговечности государства как «общего правопорядка».

Лицо, ведающее делами государства, должно быть мудрым, справедливым, воздержанным и красноречивым. Оно должно, кроме того, быть сведущим в учениях о государстве и «владеть основами права, без знания которых никто не может быть справедлив».

В том крайнем случае, когда под вопрос поставлено само благополучие государства как общего дела народа, с согласия последнего истинный государственный деятель, по Цицерону, должен «как диктатор установить в государстве порядок». Здесь политик выступает не в своих корыстных целях, а в общих интересах как спаситель республики. Следуя Платону, Цицерон полагал, что истинным правителям в награду за их дела «назначено определенное место на небе, чтобы они жили там вечно, испытывая блаженство».

Обязанности идеального гражданина, согласно Цицерону, обусловлены необходимостью следования таким добродетелям, как познание истины, справедливость, величие духа и благопристойность. Гражданин не только не должен сам вредить другим, нарушать чужую собственность или совершать иные несправедливости, но, кроме того, обязан оказывать помощь потерпевшим несправедливость и трудиться для общего блага. Всемерно восхваляя правовую и политическую активность граждан, Цицерон подчеркивал, что «при защите свободы граждан нет частных лиц». Он отмечал также долг гражданина защищать отечество в качестве воина.

Апелляции к природе, к ее разуму и законам характерны и для правовой теории Цицерона. В основе права лежит присущая природе справедливость, причем справедливость эта понимается Цицероном как вечное, неизменное и неотъемлемое свойство и природы в целом, и человеческой природы. Следовательно, под «природой» как источником справедливости и права (права по природе, естественного права) в его учении имеются в виду весь космос, весь окружающий человека физический и социальный мир, формы человеческого общения и общежития, а также само человеческое бытие, охватывающее его тело и душу, внешнюю и внутреннюю жизнь. Всей этой «природе» (в силу ее божественного начала) присущи разум и законообразность, определенный порядок. Именно данное духовное свойство природы (ее разумно-духовный аспект), а вовсе не ее предметный и телесно-материальный состав, занимающий подчиненное и второстепенное место (как тело по отношению к душе, чувственные части души по отношению к разумной ее части), и является, по Цицерону, подлинным источником и носителем естественного права.

Различая естественное и позитивное право, Цицерон дает следующее развернутое определение естественного права: «Истинный закон — это разумное положение, соответствующее природе, распространяющееся на всех людей, постоянное, вечное, которое призывает к исполнению долга, приказывая; запрещая, от преступления отпугивает; оно, однако, ничего, когда это не нужно, не приказывает честным людям и не запрещает им и не воздействует на бесчестных, приказывая им что- либо или запрещая. Предлагать полную или частичную отмену такого закона — кощунство; сколько-нибудь ограничивать его действие не дозволено; отменить его полностью невозможно, и мы ни постановлением сената, ни постановлением народа освободиться от этого закона не можем».

Этот «истинный закон» один и тот же везде и всегда, и «на все народы в любое время будет распространяться один вечный и неизменный закон, причем будет один общий как бы наставник и повелитель всех людей — бог, создатель, судья, автор закона». Всякого, кто, презрев человеческую природу, своевольно не покоряется данному закону, Цицерон характеризует как беглеца от самого себя, который неминуемо понесет величайшую (божью) кару, если даже ему удастся избежать обычного людского наказания.

В своем учении о естественном праве Цицерон находился под большим влиянием соответствующих идей Платона, Аристотеля и ряда стоиков. Это влияние заметно и там, где он видит существо справедливости (и, следовательно, основной смысл естественного права) в том, что «она воздает каждому свое и сохраняет равенство между ними». Справедливость, согласно Цицерону, требует не вредить другим и не нарушать чужую собственность. «Первое требование справедливости, — отмечал он, — состоит в том, чтобы никто никому не вредил, если только не будет спровоцирован на это несправедливостью, а затем, чтобы все пользовались общей собственностью как общей, а частной — как своей». С этих позиций он отвергал такие акции римских популяров, как кассация долгов, ущемление крупных землевладельцев и раздача своим приверженцам и плебсу денег и имущества, отнятых у законных владельцев.

Естественное право (высший, истинный закон), согласно Цицерону, возникло «раньше, чем какой бы то ни было писаный закон, вернее, раньше, чем какое-либо государство вообще было основано». Само государство (как «общий правопорядок») с его установлениями и законами является по своей сущности воплощением того, что по природе есть справедливость и право.

Отсюда вытекает требование, чтобы человеческие установления (политические учреждения, писаные законы и т. д.) соответствовали справедливости и праву, ибо последние не зависят от мнения и усмотрения людей.

Право устанавливается природой, а не человеческими решениями и постановлениями. «Если бы права устанавливались повелениями народов, решениями первенствующих людей, приговорами судей, — писал Цицерон, — то существовало бы право разбойничать, право прелюбодействовать, право предъявлять подложные завещания, если бы права эти могли получать одобрение голосованием или решением толпы». Закон, устанавливаемый людьми, не может нарушить порядок в природе и создавать право из бесправия или благо из зла, честное из позорного.

Соответствие или несоответствие человеческих законов (позитивного права) природе (и естественному праву) выступает как критерий и мерило их справедливости или несправедливости. В качестве примера законов, противоречащих справедливости и праву, Цицерон указывал, в частности, на законы «Тридцати тиранов», правивших в Афинах в 404—403 гг. до н. э., а также на римский закон 82 г. до н. э., согласно которому одобрялись все действия Суллы как консула и проконсула и ему предоставлялись неограниченные полномочия, включая право жизни и смерти по отношению к римским гражданам. Подобные несправедливые законы, как и многие другие «пагубные постановления народов», по словам Цицерона, «заслуживают названия закона не больше, чем решения, с общего согласия принятые разбойниками».

Законы, принимаемые в том или ином государстве, должны, кроме того, соответствовать установленному в нем строю, традициям и обычаям предков. Важное значение Цицерон (под влиянием Платона) придавал введению (преамбуле) к закону, поскольку «закону свойственно также и стремление кое в чем убеждать, а не ко всему принуждать силой и угрозами». Цель такой преамбулы — укрепить божественный авторитет закона и использовать страх божьей кары в интересах исполнения людьми своего долга и предотвращения правонарушений.

Свои общие представления о справедливых законах Цицерон конкретизировал в предлагаемых им проектах законов о религии и о магистратах. Имея в виду универсальный характер этих законов, он писал: «Ведь мы издаем законы не для одного только римского народа, но и для всех народов, честных и стойких духом».

Ряд важных положений о правовой регламентации государственной деятельности высказан Цицероном в проекте закона о магистратах. Так, он отмечал, что империй (полномочия должностных лиц) должен быть законным. Следует, считал он, установить «не только для магистратов меру их власти, но и для граждан меру их повиновения. Ведь тот, кто разумно повелевает, рано или поздно должен будет подчиняться, а тот, кто покорно подчиняется, достоин того, чтобы рано или поздно начать повелевать». В общем виде им формулируется и следующий правовой принцип: «Под действие закона должны подпадать все».

В учении Цицерона о праве наряду с отличием естественного права от писаного содержится деление самого писаного права на частное и публичное право. Так называемое право народов трактуется им как частью положительное право разных народов и частью как естественное право международного общения (т. е. как международное естественное право). Он формулирует существенный принцип международного права о необходимости соблюдения обязательств, налагаемых международными договорами. Проводя различие между справедливыми и несправедливыми войнами, он считал несправедливой и нечестивой всякую войну, которая «не была возвещена и объявлена». Война характеризуется им как вынужденный акт, допустимый лишь в случае безуспешности мирных переговоров. В качестве причины справедливой войны им указывается необходимость защиты государства, в качестве цели — установление мира. Цицерон выступал за гуманное обращение с пленными и побежденными.

Отдавая должное этим исторически прогрессивным идеям Цицерона в области международного права, следует вместе с тем отметить его в целом одобрительное отношение к завоевательным войнам римской державы и ее претензиям на мировую гегемонию.

Творческое наследие Цицерона, в том числе и его учение о государстве и праве, оказало большое влияние на всю последующую человеческую культуру. Его труды находились в центре внимания римских (стоики, юристы, историки) и христианских (Лактанций, Августин и др.) авторов. Пристальный интерес к его идеям проявляли мыслители эпохи Возрождения, а затем и просветители, видевшие в Цицероне своего великого предтечу и гуманиста. Большим авторитетом имя и идеи Цицерона как великого республиканца, борца за свободу и справедливость пользовались у деятелей Французской революции (Мирабо, Робеспьера и др.).

В истории политической и правовой мысли наибольшее внимание многочисленных авторов привлекали, в частности, положения Цицерона о формах государства, о смешанном правлении, о государстве как деле народа и правовом сообществе, о естественном праве, о гражданине как субъекте права и государства (Фома Аквинский, Гроций, Монтескье и др.)- Суждения Цицерона по этому кругу проблем сохраняют свою актуальность и в современном мире.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

law.wikireading.ru

§ 13. Цицерон : История философии права

Литература: Буассье, Цицерон и его друзья, 1880; Андрианов, Политическая и литературная деятельность Цицерона, 1880; Андрианов, Цицерон, 1889; Voigt, Das jus naturale ets., т. I, стр. 176-226; Hildebrand, Geschichte und Sistem der Rechts - und Staatsphilosophi, стр. 537-593.

1. Странным образом, самым видным представителем философии права в Риме, стране юристов по преимуществу, явился человек, который к этому классу не принадлежал. Это знаменитый оратор Марк Туллий Цицерон (106 - 43 до Р.Хр.).

Это было время особенно благоприятное для разработки вопросов философии права. Во-первых, в этот именно момент Рим, после удачных пунических войн, обнаружил явную наклонность из небольшой городской общины, подобной греческим, превратиться во всемирное государство, раскинутое на огромном пространстве и включающее различные народности. И это именно превращение заставило сознавать непригодность старого государственного устройства и искать новых форм, более соответствующих новым условиям жизни. Этим, в свою очередь, объясняется та острая борьба партий, которая приняла в эпоху Цицерона характер террора, заставлявшего особенно настоятельно желать государственного переустройства.

Цицерон имел все внешние данные, чтобы стать выразителем общественных течений, чтобы дать ответ жадно ожидавшим выхода. Он был государственным деятелем, вращавшимся в самом вихре политической жизни. Он считался лучшим знатоком греческой философии и являлся ее популяризатором в Риме. Если он не был юристом в настоящем значении слова, все же с областью юридических вопросов он был достаточно знаком в качестве оратора.

Несмотря на все эти благоприятные условия, как со стороны общественной, так и личной, вследствие которых можно было ожидать, что Цицерон сумеет схватить течение современной мысли и даст наилучшее выражение современным стремлениям, Цицерон не оправдал таких надежд. Причина тому кроется в его личной психике. В высшей степени впечатлительный, он в то же время проявил поразительную нерешительность как в действиях, так и в мысли. Постоянное колебание составляло отличительную черту всей его жизни. Полный уважения к старым римским традициям, он более всех поддался новому влиянию греческой культуры. Он принадлежал к тем именно людям, которые, по его же выражению, ad majorum morem adventitiam doktrinam adhibuerunt*(291). В государственной деятельности Цицерон проявил поразительный политический оппортунизм, побудивший его перебегать от одной партии к другой, от одних лиц к другим. В философии Цицерон оказался чистым экклектиком и потому не занял здесь никакой твердой позиции. То он принимал учение стоиков, то преклонялся перед Платоном, то перебрасывался на сторону Аристотеля.

Молодым человеком он начал свою общественную деятельность смелой речью в защиту Росция, которой задевал всемогущего в то время Суллу. Этот демократический дебют надолго обеспечил ему доверие и поддержку со стороны народа. Но, опасаясь недовольства Суллы, Цицерон продпочел отправиться в путешествие с образовательной целью. В Афинах он проникся интересом к философии, которой занимался по преимуществу.

Смерть Суллы обеспечила Цицерону возвращение в Рим. С этого времени он весь погружается в политическую жизнь. В 63 году он делается консулом и с этого момента склоняет свои симпатии в сторону аристократии. Он выступает энергичным борцом против сделанного трибуном Сервием Руллом предложения разделить внеиталийские земли между обедневшим населением. Он же спасает отечество от таинственного заговора Катилины, предполагавшего свергнуть правительство и изменить государственный строй.

Раздраженная его изменой демократическая партия сумела отомстить при посредстве трибуна Клодия: Цицерон подвергся изгнанию. Хотя он вскоре возвращается, и даже с торжеством, но симпатии народа были утрачены навсегда. Он чувствует свое политическое отчуждение и потому обращается к мирным научным занятиям. Он возобновляет свое знакомство с философией и принимается за творчество в этой области.

В то время, однако, трудно было отрешиться от участия в общественных делах, особенно человеку, уже игравшему значительную политическую роль. В борьбе между Помпеем и Цезарем, Октавианом и Антонием Цицерон занимал нерешительное положение. Он кончил свою жизнь от руки, направленной Антонием.

II. Заслуги Цицерона в области философии могут быть сведены к тому, сто, во-первых, он возбудил в римском обществе и особенно в юристах большой интерес к греческой философии и, во-вторых, сблизил философию права в том виде, как она была разработана греческими мыслителями, с положительным правом, которое в Риме играло такую роль, какая не придавалась ему в Греции.

Но сам Цицерон был гораздо более высокого мнения о себе. Указывая на то, что греческие философы, как Платон, Аристотель были только кабинетными мыслителями и что с другой стороны государственные люди большей частью философски необразованны, Цицерон задает вопрос: нельзя ли найти человека, который был бы силен равно как в философии, так и в политике? Один из участвующих в беседе скромно высказал предположение, что такой человек находится именно среди них*(292). Конечно, это человек никто иной, как Марк Туллий Цицерон.

В действительности Цицерон был слабый философ и не менее слабый юрист.

У Цицерона нет своей оригинальной философии*(293), и он не примыкает решительно ни к какой школе. Он преклоняется перед Платоном, заимствует у него темы для трактатов по философии права, даже названия их*(294), принимает диалогическую форму изложения. По его собственному заявлению, он ближе всего примыкает к последователям Платона, известным под именем Новой Академии. Но в то же время исходным пунктом для учения о сущности права ему служит учение стоиков о природе и разуме.

Но Цицерон не приложил труда к основательному изучению юриспруденции. Он упрекал юристов в узости взгляда, в ограничении своего труда казуистикой, в отсутствии философской точки зрения. Если в этом отношении он был совершенно прав, то, с другой стороны, следует признать, что он мало оказал содействия юриспруденции в деле поднятия ее. Он даже не замечал того важного движения в развитии права, которое совершалось на его глазах*(295). Он не обратил внимания юристов на более важные общественные вопросы, чем те, которые занимали их всецело. В области частного права Цицерон, при всем своем превосходстве в образовании, не дал философского освещения отдельным вопросам, поглощавшим все внимание юристов. Чтобы повести юриспруденцию по новому пути, Цицерону следовало бы стать во главе юристов. Он этого не хотел.

III. Сочинений, относящихся к философии права, Цицерон оставил два: "О государстве", написанное в 54, и "О законах", написанное в 52 году до Р. Хр. Заглавия сочинений сами показывают, да и Цицерон не отрицает, что мы имеем здесь дело с подражанием Платону. Однако сходство заглавий не обусловливает еще сходства содержания. Платон в двух своих сочинениях дает два государственных идеала, один далее, другой ближе к действительности. Цицерон же в обоих сочинениях придерживается одного и того же идеала. Первое сочинение посвящено исследованию основ государственного устройства, второе - детали его, если не считать введения, которое имеет своей целью выяснение сущности права.

Оба сочинения дошли до нас в отрывочном виде, препятствующем воспроизвести в точности полную картину политического мировоззрения Цицерона. Но характер его обнаруживается, конечно, и в этих отрывках.

Он находит себе подтверждение и в различных других произведениях Цицерона, в "Тускуланских беседах", "Об обязанностях" и других, где по частям рассеяно много положений, относящихся к философии права.

IV. Этика Цицерона примыкает к стоицизму. "Высшее благо состоит в том, чтобы жить согласно с природой (ex natura vivere), т. е. довольствоваться малым и добродетелью; или следовать природе (naturam sequi) и жить по ее законам, т. е. не отказывать в том, чего она требует, насколько, однако, это допускает добродетель, которая прежде всего должна служить законом"*(296). Таким образом, одного руководящего начала для нравственного поведения нет: человек должен колебаться, прислушиваясь то к голосу природы, то к голосу добродетели, и разрешать их столкновение по принципу, который ему не дан.

Как настоящий римлянин, Цицерон не может примириться со стоической мыслью о необходимости и даже возможности устраняться от политической жизни. "Отечество, давая нам жизнь и воспитание, ожидает от нас вознаграждения: если оно обеспечивает нам благосостояние, то, конечно, не для того, чтобы дать нашей праздности верную охрану, нашим наслаждениям полное спокойствие. Нет, оно призывает себе на службу наши самые высокие, самые лучшие качества души, ума, и оставляет за нами один только излишек"*(297). Так говорит Цицерон языком республиканца.

V. Цицерон признает всю важность теоретической философии права, которая одна способна дать твердо определенные понятия. "Основной закон, который необходимо соблюдать в каждом рассуждении, если не хочешь заблудиться, - это определить то понятие, о котором предполагается вести исследование"*(298). Этим правилом Цицерон пользуется в своих сочинениях о государстве и о законах.

В чем же заключается сущность права?

"Сущность права следует искать не в эдикте претора, как это делает большинство наших современных юристов, и не в законах XII Таблиц, как делали древние, но только в самой глубине философии"*(299). "То, что мы называем положительным правом (jus civille), занимает очень ограниченное место в обширной области права природы (jus naturae)". А ведь основная задача, говорит, играя словами, Цицерон, состоит в том, чтобы выяснить природу права (natura juris).

Природу права надо искать в природе человека*(300). Можно было думать, что Цицерон обратится к потребностям человека. Но он прибегает к иному приему.

Человек по своей природе близок к божеству. Эту близость создает разум, который присущ только богу и человеку. Этим создается между ними связь. Но истинный разум (recta ratio) и есть тот высший закон природы, который передается человеку от божества*(301). "Закон природы есть высший разум, запечатленный в нашей природе, который предписывает, что следует делать и от чего следует воздерживаться"*(302). Что же составляет содержание права природы? Это те чувства, которые врождены человеку: чувства религии, почтения, благодарности, мести, долга, любви к истине*(303). Из этого основного положения, что сущность права заключается в велении, диктуемом природой, следуют всеобщность*(304). и неизменность его во времени*(305). Из этого же положения с очевидностью вытекает, что право независимо от человеческой воли. Поставленный греческой философией вопрос о том, является ли право человеческим установлением или даром природы, Цицерон разрешает в пользу второго мнения. "Право природы не есть плод человеческого ума, не есть постановление какого-либо народа, но нечто вечное, управляющее миром, указывающее в своей премудрости, что человеку следует делать или чего избегать"*(306).

Отсюда еще дальнейший вывод: не все то, что установлено людьми и называется ими правом, составляет право на самом деле. Значит, положительное право, насколько оно противоречит естественному, не есть право. "Вот, как это доказывается. Без сомнения, законы были созданы для блага граждан, для охранения государства, для того, чтобы сделать общежитие более спокойным и приятным. Те, кто впервые создали эти законы, наверное, говорили народу, что эти постановления, если народ захочет их принять и подчиниться им, сделают его более счастливым и благородным. Все эти постановления, таким образом, составленные и принятые, получили название законов. Отсюда можно заключить, что те, кто, вопреки своим обязанностям и обещаниям, предложили гибельные и несправедливые постановления, дали не законы, а что-то другое"*(307). "Ведь это нелепость утверждать, будто все то, что нормировано обычаями или законами, справедливо! А законы, изданные тираном? Если бы тридцать тиранов создали законы и все афиняне пришли от них в восторге, неужели законы эти стали бы от этого справедливее?"*(308). Но как отличить хороший закон от дурного? Единственное мерило - это природа, а не общественное мнение. Ведь мы признаем хорошими дерево или лошадь не потому, что таково наше мнение, а потому, что такова природа этих вещей*(309).

Таким образом, Цицерон вовсе не достигает поставленной цели - дать точное определение понятию о праве. В стране, приобретшей всемирную славу своим правом, самый видный философ остается на точке зрения греческих мыслителей, не давших сколько-нибудь точного разграничения понятий о праве и нравственности. Как у них, так и у Цицерона даже не сознается самая проблема.

VI. Ту же неясность внес Цицерон и в учение об источниках права.

Мы видели, что Цицерон признает положительное право, jus civile, лишь частью естественного права (jus naturale). Но при этом условии jus civile логически не может стоять в противоречии с природой. Между тем Цицерон сам допускает такое несоответствие. Очевидно, он имел в виду обратное положение: jus naturale составляет часть права, которым руководствуется каждый народ. Оно составляет основное ядро juris civilis. Но ввиду его всеобщности и неизменности оно должно быть одинаковым у всех народов.

Если естественное право является у всех одинаковым, то невольно возбуждается вопрос, как же понимает Цицерон соотношение между jus naturalis и jus gentium. С одной стороны, он готов отождествить их*(310). С другой стороны, в его представлении jus gentium является частью положительного права, jus civile*(311). Но, очевидно, это два совершенно разных решения на вопрос, вытекающий из окружающей действительности. Цицерон мог оперировать понятием jus naturale, как оно было уже разработано греческими философами, но он не в состоянии был справиться с самостоятельной задачей, которую ставила ему римская жизнь.

VII. Следуя своему указанию на важность словесных определений, Цицерон определяет государство как дело народное, respublica est res populi, народ же есть союз людей, связываемых общностью интересов и признанием одного и того же права*(312). Из этих двух признаков, очевидно, второй является наиболее существенным. По крайней мере, Цицерон не раз указывает, что характерным отличием государственного союза служит единство права*(313). Если бы такой признак был выдвинут греческим философом - это было бы удивительно. Но Цицерон не мог не заметить, что в римском государстве, каким оно являлось в его время, не было именно единства в праве, которым руководствовались лица, входившие в его состав. В свое оправдание Цицерон мог, конечно, сказать, что поэтому-то они и не были римскими гражданами.

В чем же обоснование государства? По мнению Цицерона, цель государства состоит в охранении имущественных интересов. Первая и основная обязанность тех, кто стоит у кормила правления, наблюдать, чтобы каждый пользовался спокойно тем, что ему принадлежит. Конечно, природа соединила людей в союзы, но строить города (государства) их побудила только надежда обеспечить за собою плоды своих трудов*(314). Причина, побудившая людей соединиться в государства, не столько слабость человека, сколько природный инстинкт*(315). Это природное стремление к соединению создало различные соединения, из которых одним является государство. Таких соединений может быть четыре. Первой формой является семейный союз, обладающий естественной способностью к размножению. Второй формой служит государство с общностью права, как характерным признаком. Третьей формой соединения следует признать нацию, т.е. совокупность лиц, пользующихся одним и тем же языком. Далее идет человечество как союз существ, одаренных разумом и речью*(316).

VIII. Под влиянием греческой философии и Цицерон ставит вопрос о наилучшем государственном устройстве и наилучших законах. Но, неспособный к высоким полетам, римский ум взял верх над приверженностью к греческим образцам. Идеал Цицерона не идет далее римской действительности.

Классифицируя различные формы правления по греческому образцу, на основании числа лиц и цели управления, Цицерон затрудняется, какой из них можно было бы отдать преимущество. Каждая из них имеет достоинства и свои недостатки. Если уже непременно выбирать, то преимущество следует отдать монархии*(317). До сих пор Цицерон стоит на точке зрения греческих философов.

Но и лучшая из всех форм правления, монархическая, не удовлетворяет его, как она не удовлетворяла Платона и Аристотеля. Цицерон решает, что наилучшая правления состоит в соединении всех трех элементов: монархического, аристократического и демократического*(318). Такую форму нечего искать в фантазии, как это делали греческие мыслители. Она дана исторической действительностью. Это государственное устройство Рима в его последовательном развитии*(319). Оно создалось не волей одного лица, хотя бы и гения, а соединенным действием многих людей и многих веков*(320). Далее этого идти некуда.

Также скромны политико-правовые идеалы Цицерона и в области отдельных законов. Подвергая критике с точки зрения естественного права постановления XII Таблиц, Цицерон пришел к заключению, что они вполне соответствуют требованиям природы*(321). В своем сочинении De legibus Цицерон подробно перечисляет желательные нормы права, и, в конце концов, заставляет одного из собеседников признать, что эти пожелания не что иное, как почти точное воспроизведение действующих законов*(322). Правда, сочинение это не дошло до нас полностью. В имеющемся отрывке сохранились лишь предлагаемые законы относительно религии и должностных лиц. Нет ничего ни о собственности, ни о семье. Можно, конечно, предполагать, что относящиеся сюда книги не дошли до нас*(323). Но едва ли не вернее будет предположить, что Цицерон и не коснулся этой области. Передать свои пожелания в этой сфере с той же подробностью, какая принята была для религиозных постановлений, требовало бы изложения действовавшего в то время гражданского права. Едва ли эта задача была по силам Цицерону, особенно в Риме, где знание положительного права стояло так высоко.

www.adhdportal.com


Смотрите также